СЕЙЧАС обсуждают
ОТЗЫВЫ
Сергей Мащинов
Здравствуйте! Книгу получил. Огромнейшее спасибо всему коллективу!!! Сильно порадовали! Теперь я Ваш...)))
Андрей Белоус
Здравствуйте! Авторский экземпляр получил, за что хотелось бы выразить искреннюю признательность. Пользуясь случаем хочу еще раз поблагодарить весь коллектив Издательства,   принявших участие в издании книги. Отдельная благодарность дизайнеру рекламной заставки на главной странице   сайта, сумевшему невероятно полно отразить замысел книги.

Социальная сеть НП
Перейти в соцсеть Написано Пером
5206 участников


ЧИТАТЕЛИ рекомендуют

ТОП комментаторов:
Другое
Комментариев: 315
Писатель
Комментариев: 213
Не указано
Комментариев: 167
Дизайнер
Комментариев: 153
Другое
Комментариев: 150

Дети Вистилии
Авторских листов: 12.5
Дата публикации: 26.08.2015
Купить и скачать за 50 руб.
ПРОГОЛОСОВАЛО:
МЕНЕЕ 10
ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ:
Оплатить можно online прямо на сайте или наличными в салонах связи итерминалах:

Читать отрывок...

Читать комментарии...

Читать рецензии...

Наверх...

Жанр(ы): Фантастика, Конкурс
Аннотация:

Рейтинг 14+

Ты родился и вырос раю, но когда твой дом оказался в опасности, ты отправился его спасать, не колеблясь ни минуты. И что из этого вышло? Ты проснулся и увидел перед собой чудовище. Но при этом, ты понимаешь его речь и видишь его мысли. А затем осознаешь, что прошло сорок миллионов, что ты проспал конец света.

Ты родился и вырос в аду, твой дом отправляет тебя служить ему и ты готов на это. И что получается? Ты находишь новый разумный вид, пробуждаешь его и хочешь узнать ответы. Ты понимаешь, что за них придется расплачиваться и это пугает тебя, но не останавливает.

Кто-то ищет ответы, а кто-то просто хочет выжить и вернуться домой спустя бездну времени.

Отрывок:

ПРОЛОГ

Что такое рай?

Быть может – это тот самый уголок, который ты ищешь долгие года, куда безудержно стремиться все твое естество несмотря ни на что? Возможно, что найдя это место и осознав, наконец, окончание долгого и утомительного поиска, ты захочешь возвращаться туда снова и снова, дабы еще раз, пусть совсем ненадолго, но стать частью всего этого…

Нет, это не дикая природа Далии с ее бурными реками и высокими горами, чьи снежные пики пронзают небо насквозь, едва не дотрагиваясь до холодной космической пустоты. И даже не Ветта, что стала колыбелью жизни и одарила своих детей разумом.

Это Аквилия!

Вистилианская жемчужина со своими бескрайними океанами, кипящими жизнью, высокими и густыми лесами, чей воздух насыщает легкие самым чистым воздухом, от которого слегка кружится голова и иногда тянет ко сну. Это голубое небо, всматриваясь в которое так хочется утонуть и, наконец, реки со своими прозрачными, ласковыми потоками…

Да, это был рай! Когда-то давно…

***

Дориан закрыл глаза и опустил голову.

Он стоял на краю огромной воронки, окруженный безжизненной пустыней, ощущая на себе тяжесть серого, грязного неба, что угрожающе нависло над ним и давило сильнее и сильнее, норовя прижать к земле и раздавить как мелкое насекомое. То, что он увидел, в принципе, не оказалось сюрпризом, так как все было заранее известно: и что здесь произошло, и когда, и как. Вот только легче от этого не становилось. Как можно подготовить себя к такому?

Одна воронка, вторая, третья…

До самого горизонта поверхность планеты была изъедена ядерными язвами разных размеров. Они были повсюду, где-то больше, где-то меньше, но везде…

Сколько же их тут? Неужели необходимо было так много?

Местом, с которого ему довелось наблюдать последствия ужасной войны, был достаточно высокий холм, образовавшийся от взрыва. Перед взором предстала не только воронка, в шаге от края которой он стоял, но и общая картина, куда более печальная и будоражащая воображение.

Время сгладит раны на больном теле планеты, несомненно, ветер занесет их песком, а дожди превратят в озера, но шрамы эти останутся навсегда, они будут служить памятником, неким предостережением тем, кто когда-нибудь, возможно, посетит это гиблое место.

Сначала, в самый первый миг, все окружающее не воспринималось как реальность. Из космоса, это зрелище выглядело иначе, даже при многократном увеличении казалось лишь пустой картинкой, порождением чего-то больного разума. Сейчас же, сознание всячески пыталось оттолкнуть от себя истинную картину ужасающей действительности, но этот самообман не мог продолжаться бесконечно.

Осознание. Словно некий тихий убийца, оно медленно подкрадывалось все это время и уже застыло за спиной, занося руку для последнего удара. Глаза не обманывают! Они все видят и не могут лгать, настойчиво приказывают принять истинный масштаб катастрофы! Это не сон, это то, чем на самом деле все стало, как изменилось.

Словно что-то внутри оборвалось, перевернулось, мысли закружились в невероятной центрифуге, беспорядочно перебирая в сознании события последних дней.

Кто виноват?

Тот, кто превратил в пепел Ветту, уничтожил жизнь на Далии, а его родную планету просто не успел добить! Но нет! Это сделали другие животные. Спустя время. Ненависть к чудовищам, сотворившим эту катастрофу, не приносила Дориану желаемого чувства облегчения. Наоборот, она становилась только сильнее, крепчала с каждой секундой и уже вполне реально угрожала вырваться наружу неудержимой волной, выплеснуться на первого встречного, случайно попавшегося под руку.

Хотелось упасть на колени, биться в истерике, орать, плакать, грызть землю зубами, взвыть от собственного бессилия. Умереть, наконец…

Только не видеть всего этого ужаса.

Мила стояла рядом, и даже не видя ее лица, скрытого под матовым, непрозрачным забралом, Дориан знал, был уверен наверняка, что она чувствует то же самое. Видит и не может поверить, ищет виновных, ненавидит их, оплакивает близких. И Левис, наверное...

Да, он не один! Единственная мысль, которая помогала Дориану не лишиться рассудка. Их осталось трое, в противном случае он просто сошел бы с ума. Трое самых несчастных созданий во вселенной, без дома, без будущего и даже без прошлого, как оказалось. Они сейчас и есть целая цивилизация, обреченные ее отпрыски, останки ее забытой истории и величия. Раса троих. Последние дети своей звезды, дети Вистилии.

Ненависть отошла на второй план, притихла и затаилась, уступив свое место тихой скорби.

Все погибло! Теперь, опустив голову, он стоял на останках родной планеты, словно на похоронах. Стоял на ее трупе. Она стала другой, совсем не такой, какой он запомнил ее и не существует силы, способной вернуть ей прежнюю красоту. Все изменилось. Ничего не осталось прежним.

Как? Зачем? Кто? Могли остаться только вопросы, но нет! И они нашли ответы.

Удивительно? С одной стороны да! Но только с одной стороны.

Почему? Не столь важно! Уже не важно!

Нарастало ощущение собственной инородности. Становилось все сильнее, крепло с каждым мгновением, постепенно превращаясь в твердую, каменную уверенность. Так и есть! Ему здесь не место! Им здесь не место! Это уже другой мир и другое время! Их мир мертв! Их время прошло! А они не успели даже погибнуть вместе со всеми, в предназначенный час. Проспали конец света! И остались одни.

Время! Оно спутало реальность, перечеркнуло и предало забвению прошлое, не оставило надежды на будущее. Но, вместе с тем, безжалостно оставило им жизни. Как же трудно сейчас поверить, что когда то эта братская могила была их домом. Домом, который они совсем недавно, добровольно отправились спасать, позабыв о собственной безопасности, рискуя никогда не вернуться обратно. Но нет, вопреки всему, они отыскали дорогу назад, пусть даже спустя бездну времени. Вот только прибыли в никуда. И ведь все было сделано правильно, просто безукоризненно, но, как оказалось, напрасно. Их подготовили к смерти, всевозможным неудачам, нештатным ситуациям, они были готовы ко всему, как могло показаться. Но только не к этому!

Странно все вышло.

-Дориан, Мила, следуйте ко мне, - раздался спокойный призыв командира.

Что ж, пора идти. Значит, есть на то причины. Левис просто так ничего не делает и не говорит, тем более он нарушил молчание в эфире. Стоп! Как ему это удалось? Они не могли разговаривать между собой! Эфир закрыт!

И чрезмерное спокойствие в голосе Левиса не случайно, уж в этом Дориан не сомневался. Слишком спокойно…

Что еще? Ведь во всем уже разобрались! Или нет?

Мила пошла первой, промелькнув перед ним, тем самым выводя Дориана из ступора.

До челнока, у входа в который стоял Левис, оставалось всего несколько шагов.

Вспышка.

Все вокруг перевернулось.

Темнота.

ГЛАВА 1

Пятью декадами ранее.

Назойливый монотонный писк становился все громче и громче. Он приближался с каждым мигом, прорывался сквозь сон, настойчиво проникая все глубже в мозг, заставляя обратить на себя внимание и, наконец, проснуться.

Но это был не звук будильника, что давно стал привычным, и даже не очередной запрос с мостика! От осознания этого РохТу немедленно открыл глаза, рывком вскочил со своей постели и тотчас оказался у личного терминала, где его ожидал запрос на авторизацию с пометкой: “Для командира”.

РохТу моментально ввел персональный код доступа, подтвердил его и застыл в ожидании, не в силах оторваться от экрана. Свободной рукой он отыскал кресло и неуклюже пододвинул к себе, усаживаясь и принимаясь потирать заспанные глаза.

“Аномалия”, - коротко сообщил компьютер крупными красными буквами, закончив идентификацию, тут же предлагая ознакомиться с кое-какими подробностями и рекомендациями, соответствующими данной ситуации.

Вот теперь сон как рукой сняло! Полковник изумленно уставился в монитор, жадно глотая воздух ртом и отчетливо ощущая каждый удар сердца, что болезненно отдавался в висках. Все тело его застыло от волнения, лишь глаза бешено бегали по строкам, на доли мгновений останавливаясь на ключевых фразах доклада.

РохТу перевел дыхание, откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и еще трижды, про себя, прошептал последнее предложение по слогам, прежде чем окончательно смог взять себя в руки.

“Объект искусственного происхождения”, - настаивал компьютер и для подтверждения столь смелого утверждения с собственной стороны, рекомендовал максимальное сближение и запуск дрона для дополнительного сбора информации.

“Все по Закону”, - мысленно ответил РохТу машине, прекрасно отдавая себе отчет в том, что выбора у него, по большому счету, нет.

В прикрепленных к докладу файлах содержались данные о сканировании и полковник, в отчаянной надежде отсрочить запуск беспилотника, решил их изучить. Надеялся ли он на чудо или оплошность со стороны искусственного интеллекта? Возможно, но все оказалось именно так, как сообщалось ранее, поэтому затягивать с принятием решения не стоило.

Он вошел в меню управления, подтвердил запрос на запуск дрона и немедленно вызвал на связь мостик, где в его отсутствие дежурил помощник, лейтенант РиСих.

-Код семь, действовать согласно инструкциям, - приказал он, едва появилось изображение.

-Так точно! – растерянно ответил РиСих, видимо, переваривая услышанное. Скорее всего, он еще не понял, что произошло…

Но РохТу не стал дожидаться шквала вопросов и выключил личный терминал. Экран испарился, оставив вместо себя лишь голую стену, а полковник все продолжал сверлить взглядом то самое место, не в силах оторваться.

Мысли переполнили его сознание, разум настойчиво кричал: “Возьми себя в руки, немедленно”…

Но как?

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, ему стало немного легче. Он заставил себя подняться и сделать несколько незамысловатых физических упражнений, тем самым, пусть на минуту, но освобождая голову от любых размышлений. Прохладный бассейн довершил процедуру по возвращению в работоспособное состояние, посему надевая свой костюм, РохТу уже был полностью готов к предстоящему собранию, проведения которого требовал код семь.

***

Помощник командира в одностороннем порядке вышел на связь, бесцеремонно прерывая глубокий сон профессора ХизЛан. Он без вступления начал свой бестолковый доклад, понять что-либо из которого было никак невозможно, поскольку невнятная речь помощника сопровождалась его чрезмерным волнением и сильным перевозбуждением.

-РиСих, пожалуйста, успокойтесь и объясните в чем, собственно, дело, - оборвал он лейтенанта, приблизившись к монитору и облокачиваясь на свой рабочий стол.

Совсем еще юный возраст помощника и отсутствие должного опыта, по крайней мере, до этого момента, с лихвой компенсировались его исполнительностью и целеустремленностью. Поэтому профессор решил, что нынешнее поведение РиСих вызвано, вероятнее всего, неким достаточно важным обстоятельством. Необходимо было срочно помочь ему успокоиться и, судя по всему, это получилось.

-Прошу прощения, - выдохнул юноша, стыдливо отводя взгляд. - Код семь.

-Благодарю вас, - сдержанно отреагировал ученый после короткой паузы, хотя от нахлынувшего волнения ноги затряслись так, что уже его самого впору было успокаивать.

Стоило экрану погаснуть, как он бегом сорвался с места. Всего через минуту весь его скромный кубрик превратился в самую настоящую свалку, а он все никак не мог отыскать ботинки. Снова и снова он перебирал свой нехитрый скарб, в суматохе образовывая вокруг себя все больший беспорядок.

Запыхавшись, ученый присел на краю своего ложа, отчаянно бросая взгляды по сторонам. Подумать только! Несчетное количество раз он представлял себе это мгновение, ждал его всю свою жизнь, а теперь, когда это, наконец, свершилось, он сидит на кровати и не может отправиться в зал собраний только потому, что по собственной невнимательности забыл, куда поставил обувь…

Он готов был заплакать, даже собрался идти босиком, когда все же увидел их, схватил и вихрем вырвался прочь из своей маленькой каюты, твердо решив, что надеть их, успеет уже на месте.

***

Когда полковник вошел в зал, все собравшиеся тотчас смолкли и встали, приветствуя своего командира. Он бегло обвел их взглядом, убеждаясь в том, что начальники всех групп прибыли и жестом разрешил подчиненным занять свои места. После этого, РохТу направился в противоположный конец помещения, где величественно возвышалось его кресло, позади которого, на стене, красовалось название вверенного ему звездолета: “ТокРаГин” и легендарная надпись: “Экспедиционный Корпус Республики Тах”.

Он ощущал на своей спине любопытные взгляды собратьев, чувствовал их немой восторг, предвкушение чего-то поистине грандиозного и от осознания этого, ему слегка стало не по себе, вплоть до мурашек на коже, что толпой рванули по телу снизу вверх.

Заняв свое место, полковник активизировал терминал, ввел код и, стараясь не обращать внимания на повышенный интерес к собственной персоне, приступил к работе. Нет, он не собирался никого мучать своим молчанием, скорее напротив. Беда в том, что он даже отдаленно не представлял себе, что нужно говорить и как полагается себя вести в данной ситуации. В связи с этим, решение продемонстрировать подчиненным данные сканера и доклад ИИ, выглядело наилучшим выходом из неловкого положения, в котором ему довелось оказаться. Куда лучше, проще и эффективнее, нежели самому пытаться обрисовать ситуацию с зафиксированной аномалией.

Последний клик по сенсору, и РохТу откинулся на спинку кресла, поднимая взор.

Взгляды начальников групп тотчас оставили полковника в покое, едва ли не синхронно сменив предмет своего интереса. Перед лицом каждого из них, тусклым светом начали отчетливо вырисовываться контуры мониторов, стремительно обретая привычную четкость и красочность. Все они видели теперь, как посредине, красным пламенем горела надпись: “Аномалия”.

Замешательство не было долгим. Присутствующие немедленно приступили к изучению данных, а сам полковник, тем временем, с нескрываемым интересом наблюдал за ними. Да, в его команде были прекрасные специалисты, причем за плечами некоторых из них было несколько подобных экспедиций. Еще до полета, когда РохТу изучал их личные дела, он остался впечатленным профессионализмом и богатым опытом абсолютного большинства своих будущих подчиненных. Так уж вышло, что за все время под его началом, им впервые представилась возможность показать свои навыки во всей, так сказать, красе и, скорее всего, даже применить их на практике. Посему наблюдение за ними, доставляло командиру неописуемое удовольствие и помогло отвлечься.

***

Никто не решался прервать молчание.

ХизЛан сгорал от любопытства, казалось, что каждая его клеточка требовала подробностей, жаждала разъяснений, судорожно трепыхаясь внутри, отчаянно балансируя на какой-то невидимой грани безумия. Причем во взглядах остальных участников собрания отчетливо прослеживалось нечто подобное.

Но никто не произнес ни звука, предпочитая поедать командира своими голодными взглядами и терпеливо ждать.

Так уж вышло, что полковник являлся ярым сторонником дисциплины и абсолютно все на “ТокРаГин” узнали, что это такое, причем многие, на собственной шкуре. За пять лет, что проходила экспедиция, РохТу добился на этом поприще невероятных успехов, заставив уважать себя или, в противном случае, бояться. Лично профессор всегда был на стороне порядка, потому как вдоволь нагляделся на бардак, который постоянно творился в исследовательских коллективах вдали от дома. Однако сейчас так сложно было держать себя в руках…

Самое главное правило РохТу заключалось в том, что первым говорит он!

Но он молчал.

А потом включились мониторы, и профессор забыл обо всем на свете, погружаясь в желанные сведения, утопая в них с головой. Код семь означал лишь одно – потенциальную возможность обнаружения неизвестной формы жизни, о чем, собственно, и сообщал ИИ, представляя в своем докладе подробный анализ находки.

Профессор постарался извлечь главное из предоставленной информации, по ходу отбрасывая в сторону лишние детали отчета. Спустя некоторое время у него это получилось. На астероиде, довольно внушительных размеров, зафиксирован объект предположительно искусственного происхождения. И таймер в нижнем левом углу…

-Это обратный отсчет, время…

ХизЛан настолько увлекся, что свой собственный голос услышал, словно со стороны, и немедленно прервался на полуслове, осознав это.

-Время до начала трансляции беспилотника, - договорил за него РохТу. – Через две минуты мы увидим, с чем придется иметь дело. Разумеется, выводы напрашиваются сами собой, но я бы не спешил с ними.

“Пусть будет так, - мысленно согласился ученый, - увидеть – куда важнее, нежели довериться холодным расчетам машины”.

Кто бы мог подумать, что все так обернется? Экспедиция продолжалась уже почти пять лет и подходила к своему концу. Всего-то и оставалось – прибыть на Тах. Навигаторы, по приказу командира, приступили к расчету маршрута домой, а остальная команда занялась подготовкой для очередной смены состава экипажа, предвкушая скорое завершение монотонной и, чаще всего, скучной работы. Они уже представляли себя дома, в кругу семей и многообразия благ Республики...

Но нет! Впервые, за достаточно долгое время, экспедиция, судя по всему, нашла что-то стоящее, по-настоящему заслуживающее внимания. Если так, то мечтам команды не суждено сбыться.

Тем временем таймер отсчитал последние секунды, и посреди зала возникло объемное изображение. Профессору стало тяжело дышать, а каждый удар сердца толчками подпирал горло, перекрывая легким кислород. Но это было не важно…

Он хотел смеяться и плакать, прыгать и кричать, но все перемешалось внутри и выражение лица его, скорее напоминало гримасу ужаса и боли, нежели счастья. ХизЛан повернулся к сидящему справа капитану ТахВа, затем обратил взор на доктора ЗуМат. Всякий, на кого падал взгляд ученого, выглядел так же, наверное, как и он сам.

Почему? Все очень просто – это был Седьмой Контакт! И каждый понимал это, как и то, что этот день станет еще одной знаменательной вехой в истории Тах, его запомнит каждый ворх, а имена экипажа “ТокРаГин” увековечат в истории.

Посыпались обоюдные поздравления, где-то блеснули слезы радости, кто-то уже кричал гимн Республики. Теплые объятия, добродушные улыбки на сияющих лицах, победные возгласы…

Лишь РохТу оставался безучастным…

***

Вокруг полковника творилось нечто невообразимое. Рядом, почти с детским восторгом, чаще всего, серьезные и важные начальники групп корабля выдвигали всевозможные теории, одна невероятнее другой, сопровождая свои возгласы градом поздравлений и раскрашивая поток догадок всяческими предположениями. Все как будто с ума сошли.

Полковник не был в восторге от общего восторженного настроения, царившего сейчас вокруг него, но твердо решил, что сейчас не лучшее время успокаивать подчиненных. Хотя бы потому, что самому сначала следовало взять себя в руки.

Он внимательно всматривался в изображение и отказывался верить собственным глазам. От волнения, предательски затряслись ноги, норовя унести его, прочь, подальше отсюда…

На картинке отчетливо был виден неизвестный космический корабль. РохТу сразу отметил, что состояние судна оставляет желать лучшего, однако “ценность” находки от этого меньше не становилась. Это вполне могло стать величайшим открытием для его народа, со времен атаки ганов…

Возможно, он не остался бы в стороне от всего этого безумия. Кто знает? Но нет! В отличие от всей остальной команды пусть и довольно приблизительно, но РохТу знал цену, которую неизбежно придется заплатить за такую “удачу”. Поэтому эмоциональную сдержанность полковника в данной ситуации, каждый из присутствующих мог трактовать по-своему, но вряд ли кто-нибудь из них был хотя бы отдаленно прав. РохТу был напуган!

И не в силах был оторваться от изображения…

Тем временем, гул в зале собраний постепенно прекратился, к огромному облегчению командира. Вероятно, члены команды вспомнили, наконец, где они находятся и каким образом им полагается себя вести. Полковник был благодарен им за это, ведь они сами избавили его от участия во внеплановом разъяснении основ дисциплины. Приятно было осознавать, что за пять лет команда привыкла к своему командиру, к его требованиям и в нужный момент РохТу не пришлось ничего им напоминать. Осталось последовать примеру подчиненных и успокоиться самому.

ИИ, вместе с тем, продолжал работу. Дрон приступил к сканированию внутренних помещений найденного звездолета, предоставляя новые данные.

-Полковник, - обратился начальник технической группы, - корабль сохранил ряд некоторых функций!

-Но внутри активности не обнаружено, - тотчас добавил кто-то еще, вторя мыслям РохТу.

-Да, я вижу, - выдавил из себя командир, продолжая визуальное изучение объекта.

Он был меньше его корабля раз в двадцать, цилиндрической формы, совершенно необычный и оттого выглядел как-то зловеще и даже угрожающе. РохТу никогда не видел ничего подобного в архивах Республики. Тот факт, что неизвестный корабль еще кое-как функционирует, никак не вписывался в общую картину и не сочетался с его потрёпанным внешним видом. Сколько ему лет? Откуда? Что тут делает? Рядом нет ни малейших намеков на обитаемые планеты, по крайней мере, по официальным данным. Этот сектор космоса был обозначен на картах как не представляющий интереса, и лишь по причине полной безответственности навигаторов при расчетах, звездолет ворхов оказался здесь. Неужели просто совпадение?

Так далеко в этот сектор еще никто не заходил и, уж тем более, никто из его экипажа не питал никаких иллюзий относительно каких-либо находок, особенно учитывая время, проведенное вдали от дома. Причем обстоятельства, ставшие причиной попадания исследовательского корабля в данную точку галактики, требовали дополнительной проверки на предмет халатности некоторых членов экипажа.

Особенно теперь! Это происшествие навлекло гнев полковника на подчиненных, но командир решил выяснять обстоятельства уже по прибытии на Тах. Что же это еще, как не ошибка? Скорее всего, так и есть, хотя навигаторы продолжают утверждать, что все расчеты верны и даже несколько раз пытались их продемонстрировать.

Но РохТу не верил в совпадения…

И еще – смену необходимо перенести на неопределенное время. По закону, данная ситуация вполне вписывается в допустимые рамки и проявление инициативы, разумеется в разумных ее пределах, всегда приветствуется. Из архивов были известны случаи, когда такие вот переносы затягивались на несколько лет, и стоит отметить, что даже в случае необоснованной задержки исследований ни командира, ни тем более, членов его команды, не ожидало никакого наказания. Впрочем, инициатива в экспедиционном корпусе была довольно редким явлением, если вовсе не единичным.

Полковник привел мысли в порядок, успокоился и, наконец, оторвался от полученных результатов, обращаясь к руководителю научной группы:

-Профессор ХизЛан, то скажете?

В случае Контакта, командиру настоятельно рекомендуется учитывать мнение специалистов и РохТу не собирался пренебрегать этим. Ведь именно для этого и присутствует на каждом исследовательском судне, научный отдел, в первую очередь, космогенеза.

-Нам нужна информация, - ученый был возбужден ничуть не меньше остальных членов экипажа, о чем красноречиво свидетельствовали его голос и манера речи.- И получить ее в полном объеме, мы сможем, только попав внутрь. Думаю нам необходимо обдумать варианты его исследования. В результате, возраст и принадлежность, к какой либо расе мы сможем определить во время работ. Сейчас же я могу сказать точно лишь то, что судно очень долго в космосе и что это, безусловно, Седьмой Контакт.

-Очень интересно. – Внешнее спокойствие РохТу не имело ничего общего с тем, что творилось сейчас у него в голове.

Утверждение ученого не подвергалось сомнению, он всегда знал что говорит. Да и так, все очевидно. Все члены экипажей экспедиционного корпуса проходили соответствующее обучение, где в обязательном порядке изучали архивные данные, получали необходимые знания, в общем, были подготовлены к различным ситуациям и, естественно, к Контактам. Причем совершенно не важно, имеет ворх отношение к научному отделу, или нет. Каждый должен знать азы! Опыт предков позволял это, их знания широко использовались как в экспедиционном корпусе, так и в других сферах деятельности Республики.

Над помещением нависла полная тишина, настолько абсолютная, что воздух, казалось, гудел вокруг. Все замерли в ожидании дальнейших действий. Они ждали приказа, готовы были немедленно приступить к его выполнению. Полковник не сомневался, что мысли всей команды были сейчас приблизительно об одном и том же. О Контакте. Профессор прав, нужно действовать. Как бы то ни было, назад дороги уже нет.

Тем более, ИИ уже предоставил несколько вариантов для исследования неизвестного корабля, выделив зеленым наиболее подходящие.

-Полковник, судя по всему, вариант номер три вполне соответствует нашим требованиям, - заявил главный техник, быстрее всех, изучив предложения компьютера. - Мы могли бы принять объект в наш док, в таком случае исследовать его будет проще. Не надо будет взламывать судно в открытом космосе, тем более, на астероиде, риск необязательных повреждений снизится, экипаж будет в безопасности.

-Это слишком рискованно, - немедленно возразил капитан ТахВа. – Мы не знаем, что может нас ожидать на борту судна.

Командир военной группы был, несомненно, прав. РохТу прекрасно понимал причину его беспокойства и не мог рисковать, не убедившись в полной безопасности своих действий для вверенного ему корабля и членов команды. Прецедентов не было, но и случаев похожих на этот он также не мог припомнить. Всякое может случиться, нет гарантий, что там нет какой-нибудь заразы или еще какого-нибудь сюрприза. Не просто так ведь проводится карантин на каждом из звездолетов Республики по прибытии из экспедиций.

-Может быть, с помощью дрона вскроем судно и посмотрим что там? – Предложение последовало уже с другой стороны, причем полковник не успел заметить от кого именно.

-Это исключено! Это совершенно неприемлемо! - Профессор ХизЛан тотчас вступил в разговор, ходя из стороны в сторону и размахивая руками, изо всех сил демонстрируя крайнюю степень своего возмущения. – Разгерметизация неизбежно приведет к повреждению бесценного для науки материала. Мы не можем допустить этого, полковник, прошу вас, ни в коем случае не допускайте туда никаких дронов. Давайте обдумаем другие варианты, я уверен, что они найдутся! Я сам готов отправиться туда в случае необходимости, только не ломайте ничего.

-Успокойтесь, профессор. – РохТу был слегка потрясен выступлением ученого, его решимостью, которой сопровождалось каждое произнесенное им слово, колоссальной энергией, что сопутствовала краткому выступлению ученого. В его-то годы. – Во-первых, вас туда никто не пустит, а во-вторых, решение еще не принято, поэтому ваша самоотверженность пока не требуется.

Далее предложения поступали в изобилии. Каждый считал своим долгом принять участие в общем деле и, не стесняясь, делал это. По каждому из предлагаемых вариантов, полковник давал высказаться профессору ХизЛан и ученый, с нескрываемой радостью принимался их комментировать, несомненно, будучи счастлив таким положением дел. Не было ничего удивительного и в том, что профессор их всех отклонил, находя для этого самые различные доводы, как существенные, так и просто смешные. Долго это продолжаться не могло и когда командиру все уже порядком поднадоело, он решил отдать инициативу в руки науки.

-Профессор, в таком случае я хочу выслушать ваш вариант.

-Вариант номер три полностью соответствует моим требованиям. – Слова ХизЛан совершено не удивили полковника, он был уверен, что этим все закончиться. Его комментарии по каждому предложению неизбежно оканчивались тем, что вариант не подходит, следовательно, выбор был уже заранее сделан. Полковник с самого начала не сомневался в поддержке ученым именно этой идеи.

-Это будет, по-вашему, безопасно для всего экипажа? – Если профессор действительно считает данное предложение самым подходящим, то пусть постарается быть убедительным, решил полковник.

-Мы сможем обеспечить карантин. Я уверен, что это оптимальный вариант. Так мы сможем собрать нужную нам информацию, при этом минимизировать риск необязательных поломок и прочих неприятных ситуаций.

-В случае возникновения опасности мы сможем открыть в доке наружный шлюз, - добавил главный техник, в защиту собственной идеи.

Вот это уже другое дело! Сейчас полковник находил мысль капитана весьма неплохой, особенно учитывая отсутствие на рассмотрении других стоящих идей. Для этого ХизЛан постарался на славу, стоит отдать ему должное.

В док – хорошо, карантин – еще лучше, в случае угрозы открыть шлюз и отправить все его содержимое в открытый космос – великолепно! Вот только есть одно но:

-В таком случае, все участники карантина вполне могут отправиться вслед за объектом своих исследований. В открытый космос.

-Значит туда пойдут добровольцы, - немедленно парировал ХизЛан, - и я первый в их числе!

“Кто бы сомневался, - подумал РохТу, - и ведь добровольцы найдутся, более того, в избытке! Перспектива оказаться в числе первых, кто примет участие в столь грандиозном действии сделает свое дело. Тем не менее, они должны заранее знать, на какой риск предстоит пойти, знать, на что соглашаются. Так и вышло”.

РохТу услышал все, что требовалось для осуществления задуманного, даже больше. И предложение исследования – поместить чужой звездолет в док “ТокРаГин”. И способ защиты экипажа – карантин. И запасной вариант в случае угрозы – открытие наружного шлюза в доке. И, наконец, состав исследовательской группы – добровольцы. Осталось только назначить старшего, дать ему указания и следить за их выполнением. У полковника не было ни капли сомнений, что самой подходящей кандидатурой будет именно ХизЛан.

-Так и сделаем. Назначаю вас, профессор, руководителем этой операции. Приступайте к приготовлениям, - донес до подчиненных свое окончательное решение РохТу. – Держите меня в курсе событий. Приступайте немедленно.

Он смотрел на то, как члены команды обмениваются поздравлениями, как горят их глаза в преддверии чего-то великого, как они устремляются по местам несения службы в надежде оказаться полезными. Они были счастливы теперь, и он не имел права лишить их этих мгновений.

Странно все вышло. Когда он переводился в экспедиционный корпус, то не испытывал никаких иллюзий по поводу своей новой работы, собственно как и абсолютное большинство его команды. Он всегда был реалистом, так воспитал его отец, а реальность была таковой, что 99 процентов всех экспедиций Республики были неудачными. Но вот незадача…

Волей случая, его экипаж близок, как никогда, к величайшему открытию в истории их вида, находится в преддверии Седьмого Контакта. Любой ворх считал бы себя счастливчиком, но только не тот, кто на самом деле знает, чем оборачивается для всего экипажа подобный успех. Цена за такие находки – слишком высока, и никто на корабле не имел ни малейшего представления насколько. Только он, командир РохТу.

***

Через двое суток, когда планирование операции закончилось, весь экипаж приступил к ее выполнению. Сложнее всего, оказалось, отсоединить корабль от поверхности астероида. Эта процедура проходила очень медленно и заняла трое суток, а так же стоила потери двух транспортеров и поломке единственного бура. После этого потребовались почти сутки для помещения инопланетного судна в док “ТокРаГин”, и этот этап, благодаря слаженным действиям команды и высокому профессионализму техников прошел исключительно хорошо. Док номер четыре был заранее подготовлен к приему объекта научной группой, которая, также в кротчайшие сроки, организовала карантинную зону практически из подручных средств.

Формировать специальную группу добровольцев для исследования найденного звездолета полковник поручил профессору ХизЛан, прекрасно понимая, что лучше ученого никто не сможет справиться с этой задачей. Когда же РохТу увидел списки, предоставленные ему на утверждение, то окончательно убедился в правоте и целесообразности своего выбора. Состояла группа из четырех ученых, под руководством самого профессора, десяти военных и шести техников с капитаном ТахВа во главе. Никого лишнего. Отличная работа.

Инструктаж, перед началом операции, стал последней процедурой. Все члены команды “ТокРаГин”, свободные от служебных дел собрались у входа в четвертый док. Группа добровольцев во главе с профессором застыла у самого шлюза, в ожидании приказа приступить к выполнению задания.

Полковник прошел сквозь расступившуюся толпу к исследовательской группе. Все они были полны решимости, что не ускользнуло от внимания командира, хорошее настроение передавалось по цепочке всем остальным членам команды.

-В принципе все ваши возможные действия, как и неприемлемые, достаточно подробно описаны в инструкциях по соблюдению карантина, - РохТу поднял верхние глаза на подчиненных и продолжил. – Касательно самой находки, в первую очередь, вам предстоит попробовать установить место отправки и цель полета. В случае успеха не исключается возможность продления экспедиции. Всевозможные риски свести к минимуму, осторожность превыше всего. Я желаю всем успехов и предлагаю начать.

Группа из двадцати ворхов направилась на проходной пункт дока номер четыре. Полковник провел их взглядом, и как только шлюз за ними закрылся, повернулся к остальной команде. Ничего говорить он не стал, в этом попросту не было необходимости. Недвусмысленный взгляд послужил приказом, и подчиненные без лишних вопросов начали расходиться по местам несения службы.

РохТу мысленно пожелал удачи специальной группе профессора, продолжая смотреть на закрытый шлюз четвертого дока. Члены команды уже разошлись, а он все стоял и думал, что ничего уже не изменить…

Вот уже несколько суток после обнаружения неизвестного звездолета, оставаясь один, он раз за разом вспоминал свой давний разговор с отцом. Каким далеким казалось теперь все, что когда-то происходило с ним на родной планете. Отец РохТу тогда еще входил в состав правительства Республики, имел колоссальное влияние, силу и поистине неограниченные возможности. Его слова он запомнил навсегда, отец любил повторять их снова и снова:

-РохТу пойми же, наконец, любой Контакт несет за собой смерть.

***

Понять где находится вход в неизвестном корабле, удалось достаточно быстро и, получив последние указания, техники приступили к вскрытию судна. Профессор ХизЛан томился в ожидании, заживо сгорая от любопытства. Он был ученым в шестом поколении, большую часть своей жизни провел в подобных экспедициях, но никаких значимых успехов или даже предпосылок к ним в его скромной карьере не наблюдалось. Он всегда возлагал большие надежды на походы такого рода, не переставал искренне верить в успех и, в конце концов, его терпение оказалось не напрасным, его устремления щедро вознаграждены. Надо сказать, что профессиональный интерес в нем никогда не угасал, а теперь, ввиду новых обстоятельств, проснулся с новой, просто невероятной силой.

После Шестого Контакта Республика Тах, почти на пятьсот лет приостановила деятельность своего экспедиционного корпуса и, соответственно, полеты к другим системам, медленно восстанавливаясь после обстрела своей планеты. А когда экспедиции снова начались, ничего нового найдено не было но, видимо, все меняется в лучшую сторону и осознание собственной причастности к этому окрыляло ученого.

За прошедшие с момента атаки ганов столетия, космогенез утратил былой престиж на Тах, все меньше ворхов посвящали себя этой научной отрасли. Однако сам ХизЛан ни в молодости, да и никогда в принципе, не жалел о своем выборе в пользу изучения иных цивилизаций. Он попросту не видел себя в другой сфере деятельности. Даже с учетом того факта, несомненно мало радующего профессора, что вся его научно-исследовательская деятельность сводилась лишь к изучению и работам с архивными данными. Он десятки, сотни раз пересматривал всю имеющуюся на Тах информацию и был великолепно подготовлен к этой встрече. Он искал ее всю свою жизнь и, как оказалось, совершенно не напрасно. Теория закончилась! Пришло время пожинать плоды!

-Вход открыт, жду дальнейших указаний, - командир военной группы холодно смотрел на ученого, застыв в ожидании дальнейших указаний.

Исполнительность ТахВа являлась самым большим его достоинством, и профессор не представлял себе другую кандидатуру для обеспечения безопасности нынешней операции. Хотя капитан имел полное право отказаться от участия в этой работе, ссылаясь на сильную занятость, он этого не сделал, оставив вместо себя заместителя. Данное обстоятельство очень порадовало ученого. Ему нужны были лучшие, но на помощь этого офицера он, честно говоря, не особо рассчитывал, внося его имя в свой список. Тем приятнее для ученого стало согласие ТахВа.

-Проверьте, как следует каждый угол на этом корабле,- властным тоном приказал ХизЛан, сам не ожидая от себя подобной интонации. Затем, после короткой паузы он добавил, уже мягче, словно извиняясь: - И постарайтесь там ничего не сломать, капитан, будьте аккуратны. Нам не нужны внутри руины.

-Вас понял. Будем аккуратны.- ТахВа поднял руку, и его бойцы двинулись на разведку.

Профессор облегченно выдохнул, глядя в спины военным. Да, слова капитана были наилучшей гарантией. Если он сказал, что все будет аккуратно, значит так и будет.

Тем не менее, ХизЛан волновался. Ожидание было недолгим, но, несмотря на это каждая минута растягивалась для группы ученых на целый час. Обшивка неизвестного корабля скрывала под собой нечто неизведанное, новое, бесценное для науки, и дождаться разрешения на вход было далеко не самым легким занятием.

Заметно нервничали все без исключения участники операции, старались занять себя ничего незначащими разговорами обо всем сразу и ни о чем конкретном. Простой способ скоротать болезненное ожидание и скрыть нахлынувшее с новой силой волнение.

Через полчаса, когда терпение профессора уже подходило к концу, командир военных, наконец, объявился. Он тотчас направился с докладом к руководителю операции, демонстративно игнорируя окружающих. К слову, все присутствующие разом замолчали, провожая его жадными взглядами.

-Все осмотрено, на всякий случай мною расставлена охрана по всему кораблю. – Пауза, вздох. - Нашли четыре капсулы с инопланетянами. В анабиозе, насколько я могу судить.

Сюрприз? Да! Но переспрашивать и вдаваться в подробности означало потерять драгоценное время, и профессор решил разобраться во всем уже на месте. Так будет проще. Тем более, добиться от военного толку будет куда сложнее, нежели немедленно самому все увидеть и оценить степень ценности находки.

-Благодарю вас, капитан. Доложите немедленно об этом командиру корабля, а нам пора заняться работой. – ХизЛан договаривал это уже на ходу, увлекая за собой коллег. Драгоценная шкатулка открылась, пришла пора взглянуть на ее содержимое.

Это было по-настоящему невероятно. Группа ученых продвигалась по коридорам космического корабля неизвестной расы. ХизЛан находился на инопланетном судне!

Руководитель, конечно, читал обо всех предыдущих Контактах, да что там говорить, знал их наизусть но, тем не менее, ни разу до этого момента не встречали его предшественники новую, неизвестную расу вот так неожиданно, в космосе. Случалось всякое, найденные чужаки были похожими на ворхов и совсем иными, кто-то шел на контакт с радостью, кто-то пытался развязать войну, разный уровень развития и совершенно разные ценности. Но всегда неизменным оставалось одно - сначала экспедиции находили место обитания нового вида, и лишь потом узнавали все остальное. Сейчас все было иначе, все происходило совсем наоборот…

Закон не предусматривал ничего подобного. То, что все происходящее сейчас не имело аналогичных ситуаций, с одной стороны, означало отсутствие каких-либо ограничений. ХизЛан этому факту был несказанно рад. Вот только если взглянуть с другой стороны, то получалось что никто на “ТокРаГин” не готов к возможным сюрпризам даже теоретически. И если будет суждено случиться чему-либо выходящему за рамки общей безопасности экипажа “ТокРаГин”, то летать всей его группе вместе со своей находкой в открытом космосе. Полковник РохТу четко дал понять, что откроет шлюз в случае угрозы. Оснований не верить командиру корабля у ученого не было, следовательно, необходимо быть предельно бдительными и осторожными.

Звездолет производил невероятное впечатление. Восторг – то самое чувство, которое поработило профессора, стоило ему только ступить внутрь и не покидало вплоть до выхода обратно, в серые, унылые стены четвертого дока.

Сначала остались позади технические помещения, затем мостик, поднялись на второй уровень прошли жилые каюты и наконец, медицинский отсек. Профессор изначально был уверен, что эта новая для ворхов культура, даже первичный осмотр подтверждал это смелое предположение. Учитывая довольно богатый опыт Контактов, нынешние ученые Тах, унаследовали от своих предков огромные архивы, хранящие всевозможную информацию о представителях других видов, добытую за тысячелетия космических экспедиций Республики.

Знание этих сведений немедленно начали приносить, пусть и поверхностные, но такие желанные результаты. Большинству установленных на борту приборов ученые, хоть и приблизительно, но вполне могли найти область применения. С назначением помещений было еще проще, однако, несмотря на это работа предстояла колоссальная.

И вот, тот самый момент настал. Группа находилась перед капсулами. Вот они какие, чужаки! Дрожь волной прокатилась по всему телу ученого, он едва удержался от восторженных комментариев, что настойчиво искали огласки, вспыхивая яркими фразами в мозгу. Но он пересилил себя, подошел вплотную к одной из капсул и впился взглядом в создание, которое застыло по ту сторону реальности, времени и жизни в целом...

Да, оно были просто огромным, выше ворхов почти в два раза. Под три метра ростом! Настолько белая кожа, что казалась почти прозрачной. Под ней, на местах не закрытых такого же белого цвета одеждой, без труда можно было разглядеть тонкие синие вены. Две руки и две ноги, как у ганов, но никакого волосяного покрова, как и у самих ворхов. Всего два глаза и еще какие-то непонятные органы, отростки на голове, скорее всего предназначенные для дыхания и слуха. Ничего похожего ворхи никогда не встречали, но само строение тела более всего по своей форме походило на строение тел ганов. В остальном же, сходства заканчивалось.

Пора было приниматься за работу. Ту самую, которой он грезил, которую искал всю свою жизнь.

-Значит так, - обернулся ХизЛан к коллегам. Он мысленно уже составил план предстоящих работ, оставалось лишь донести его до своих подчиненных. – Капсулы и систему жизнеобеспечения пока не трогать, сначала займемся судном. Необходимо начать с компьютеров, узнать как можно больше о чужаках, в первую очередь, их речь, так же культурные особенности, табу. Определить цель их полета, место и среду обитания. Составить программу перевода. Вопросы? – Как и следовало ожидать, их не было. – В таком случае, приступаем.

Начало было положено.

***

Полковник шел в зал совещаний четвертого дока. Все проходило нормально, никаких осложнений не возникало, а отсутствие плохих новостей - хорошая новость. Вчера удалось вскрыть найденный звездолет и провести его первичный осмотр. Четыре капсулы внутри по-прежнему поддерживала система жизнедеятельности, все приборы неплохо сохранились. Да и сам корабль был в почти рабочем состоянии и изнутри выглядел на порядок лучше, нежели снаружи, не считая повреждений полученных, скорее всего, от столкновения с какими-то небольшими космическими телами.

РохТу довелось услышать массу предположений о возможных причинах нахождения чужого звездолета на поверхности астероида, что не удивительно, так как данная тема не оставила никого равнодушным на борту “ТокРаГин” и не переставала будоражить воображения подчиненных, причем всех без исключения. Сам он склонен был думать, что случилась некая авария, вынудившая чужаков пойти на такой отчаянный шаг. А как, и по какой причине со временем удастся выяснить, сомнений на этот счет быть не могло. Профессор во всем разберется. В любом случае, иначе как аварией, нахождение корабля на поверхности космического тела логически объяснить было попросту невозможно, что бы там не придумали остальные ворхи, коротая свободное от работы время сочиняя и озвучивая собственные версии.

Прослушивая очередной доклад профессора ХизЛан, на фразе “возможен вывод из анабиоза”, полковник немедленно направился на встречу с ученым, несмотря на то, что уже давно наступило время для сна. Он не сможет спокойно отправиться отдыхать до тех пор, пока не получит всю возможную информацию. Скупой на подробности отчет ученого не удовлетворил, в полной мере, любопытство командира “ТокРаГин”.

Войдя в довольно просторное помещение, за прозрачной герметичной стеной, цель которой - обеспечить карантин, полковник нашел ученого. Тот снял уже с себя защитное снаряжение, ожидая РохТу. Видимо, даже немного задремал, что не ускользнуло от внимания полковника. Он прекрасно понимал, что профессор, как и вся его группа, работают на износ, однако, несмотря на это его, мягко говоря, ничуть не волновала ничья усталость. Ни ученых, ни военных, ни своя собственная. Надо работать, ничего не поделаешь. Далеко не каждому ворху удается похвастаться такого рода опытом.

-Уважаемый, вы на самом деле сможете вывести их из нынешнего состояния? – это был главный вопрос, не дававший сна и покоя РохТу. Профессор даже вздрогнул от неожиданности.

-Извините полковник, я не услышал, как вы вошли, - ученый некоторое время приходил в себя, просыпаясь и собирая мысли воедино. – По поводу вывода из анабиоза нет стопроцентной уверенности. Они очень долго провели в этом состоянии, но наши возможности позволяют попробовать это сделать.

-Долго? Что значит долго? В архивах засвидетельствованы случаи, когда в таком состоянии проводили тысячи лет, и я не припомню неудач, связанных с этим. – Полковник ждал ответа. Было видно, что вопрос непростой и собеседник всерьез задумался.

-Понимаете,- ХизЛан уже пришел в себя и старался тщательно подбирать слова, в связи с чем, говорил прерывисто и чересчур растянуто. – Речь не о тысячах лет, а о миллионах, если я не ошибаюсь. Возможно десять или больше, думаю, со временем мы сможем узнать точную цифру.

-Вы хотите сказать, что они тут миллионы лет на астероиде туда-сюда летают? – на всякий случай уточнил командир.

-Именно, - ничуть не смутившись, отреагировал ученый.

-Считаете это возможным?

-Теоретически да. Дело в том, что минимальное жизнеобеспечение не проблема для их технологий, они могли еще долго так путешествовать. Не знаю, что случилось с этими несчастными, но переводчики уже работают с их речью, взлом их баз данных идет полным ходом. Есть первые результаты, но до конца работы еще далеко. Если получится вернуть к жизни чужаков, все станет намного проще. Они нам сами все расскажут.

-Сами расскажут? Вы так думаете? А вы понимаете, дорогой друг, чем это для нас может обернуться?

-Да, конечно.- Ученый ненадолго задумался. – Но насколько я помню, в Законе не прописана наша ситуация, ни одного слова о находках такого рода в открытом космосе нет. Как нет и описания наших возможных действий, каких-либо запретов...

-Зато есть запрет на сам Контакт, – перебил РохТу, прекрасно понимал, к чему клонит ХизЛан. Он наизусть знал Законы Хранителей, нарушение которых предусматривает только одно наказание. – Как далеко они зашли в своем развитии?

-Сложно сказать, полковник, но мне кажется, что до скоростного перемещения дело не дошло, хотя, признаюсь, это выглядит довольно странным и вызывает у меня недоумение. Не все сходится.- ХизЛан заложил руки за голову и продолжил.- Мы работаем над этим, но на данный момент это вся имеющаяся у нас информация. Мы идем в правильном направлении, я уверен в этом.

-Они могут представлять угрозу?

-Эти нет, а вот их сородичи вполне. Во всех устройствах прослеживается довольно высокий уровень развития, и я очень удивлен, что они попали в такую нелепую ситуацию. Было бы куда логичнее встретить на борту их судна немного другое оборудование, но его нет. Речь в первую очередь о способе их перемещения. То есть складывается впечатление, что технологии есть, но их, почему то не применили на этом судне. – Ученый развел руками. - Поэтому я не знаю, чего нам ждать от этих чудаков.

-И вы, тем не менее, предлагаете вернуть их в сознание?

-Их всего четверо, полковник, пусть они и больше нас, но в данной ситуации это не существенно. Конечно, возможны мелкие сюрпризы, не без этого, но мы приложим все возможные усилия, дабы их удалось избежать.

-Звучит вполне убедительно, профессор, – РохТу действительно не видел ни одной причины не пойти навстречу науке, особенно в ситуации, когда судьба всей команды уже предрешена. – Только давайте не всех сразу, пока нам некуда спешить. Одного вполне достаточно.

-Конечно, ваше предложение весьма разумно, – тотчас согласился ученый. – Я не мог и подумать просить у вас большего…

-Но собирались просить, тем не менее, - вновь перебил РохТу.

-Это моя работа, - заявил профессор, отводя взгляд.

-Прежде чем вы приступите к выводу одного из них из состояния анабиоза, я приказываю вам установить блокировку на главном компьютере их судна. Думаю наши техники в силах создать такую программу. И пока блокировка не будет применена, к анабиозным капсулам даже не притрагиваться.

-Конечно, мы немедленно займемся этим, - согласился профессор и тотчас поправился, видимо вспомнив, что без отдыха и он сам, и его группа долго не протянут. – После сна.

Полковник не мог позволить ученому вернуть в сознание инопланетянина без блокировки главного компьютера их звездолета. Поведение чужака может быть любым и чего от него ждать неизвестно. Безопасность превыше всего. И тот факт, что профессор без лишних слов и вопросов понял необходимость создания этой программы, несомненно, радовал РохТу. Меньше слов – больше дела.

-Их звездная система не обнаружена?

-Пока нет, но я уверен, что уже завтра мы решим эту задачу.

-Завтра? – еле слышно повторил полковник, на минуту задумавшись:

“Возможно, стоит сразу все расставить по своим местам? Обязательно, - подумал полковник, - но не сегодня, не сейчас”.

- Продолжайте профессор, держите меня в курсе. Как только получите координаты, немедленно сообщите, мы сразу отправимся к их системе.

Ученый утвердительно кивнул, а РохТу встал и неспешно направился прочь, в свои апартаменты.

Ответы получены, цели обозначены. Пора отдыхать, если получится...

***

Как и было обещано, координаты системы были получены на следующие сутки. Без каких-либо сомнений командир корабля тотчас отдал приказ выйти на курс.

Реакция команды оказалась сдержанной, вопреки ожиданиям профессора. Но он понимал в чем причины и не брался осуждать ворхов лишь за то, что их уже утомило нахождение вдали от своего дома. Продление экспедиции могло затянуться на неопределенный срок, поэтому даже такая грандиозная находка, изначально встреченная всеми на “ТокРаГин” с восторгом, впоследствии, большинством команды уже воспринималась лишь помехой для скорейшего возвращения на Тах. Профессор считал подобные мысли преступлением, но, вместе с тем, не афишировал свое мнение.

Еще спустя сутки было принято решение карантин отменить, в виду отсутствия необходимости в нем. Угрозы выявлено не было, ХизЛан был уверен в этом наверняка и подробно доложил командиру всю бесполезность дальнейшей изоляции. РохТу вынужден был согласиться, и научная группа получила возможность отдыхать уже вне дока, а так же привлекать дополнительные силы к своей исследовательской работе.

Программа блокировки звездолета была подготовлена и тотчас запущена. Теперь для функционирования найденного судна необходимо было отключить программу с мостика командиром корабля, профессором либо командиром военной группы капитаном ТахВа.

Так же удалось частично открыть доступ в базы данных, благодаря чему переводчики смогли закончить свою работу по программе преодоления языкового барьера. Это позволяло немедленно вступить с чужаками в диалог, как только кто-нибудь из них придет в себя. Благодаря программе перевода уже теперь многое встало на свои места.

В успешный вывод чужаков из анабиоза помимо самого профессора, наверное, не верил никто из ворхов. Сам ХизЛан не слышал комментариев по этому поводу, но чувствовал настроение окружающих, видел их скепсис и старался просто не обращать внимания на подобные мелочи. Пусть думают что хотят! Самое главное, что все исполняют свои обязанности и не мешают достижению цели, а остальное второстепенно. В любом случае, заставить всех думать иначе, он не может.

Поддержка командира корабля – вот, что по-настоящему имеет значение! Хотя, признаться, РохТу не излучал уверенности в успехе профессора и в целом вел себя как то странно, даже отчужденно. Он, скорее всего, тоже видел безразличие команды и просто не хотел накалять обстановку, вмешиваясь в процесс оживления чужаков.

Профессор ХизЛан впервые за все экспедиции, участником которых ему довелось побывать, был приглашен в личную комнату отдыха командира корабля. Никогда еще в своей жизни ему не приходилось бывать в столь роскошных апартаментах. Именно сейчас, суровый полковник предстал для ученого в совершенно ином свете. Полулежа в теплом бассейне, они с РохТу обсуждали свою находку ни как начальник с подчиненным, а как сокурсники, которые вместе пытаются решить сложнейшую экзаменационную задачу.

-Что бы обеспечить безопасность кораблю и экипажу, мы остановимся на границе системы чужаков и проведем тщательное сканирование, как того требует Закон.- Полковник выглядел расслабленным, кратко делясь своими планами, его слова звучали чуть слышно.- Посмотрим, что удастся обнаружить, потом обдумаем наши дальнейшие действия.

-Я полностью согласен с вами, нет смысла напрасно рисковать. Как раз к этому времени кто-то из наших гостей сможет прийти в себя и, возможно, не откажется помочь нам заполнить оставшиеся пробелы.

Удалось выяснить много интересных подробностей, но далеко не все можно было понять и, тем более, объяснить. Профессор не прекращал думать, анализировать, складывать все воедино.

Задача вистилианцев, а именно так эти существа называли себя, без сомнений, заключалась в отклонении астероида с его пути. Скорее всего, космическое тело представляло угрозу их планете, в противном случае объяснить их миссию не представлялось возможным. Экипаж выполнил поставленную задачу, но, как предполагал ученый, стоит отметить, что все без исключения участники исследований были согласны с его мнением, не обошлось без поломки. Было принято решение поместить команду в анабиоз и ждать. И вот тут начинаются вопросы.

Что за поломка? Изучение баз данных не только не давало ответа, напротив, уверяло в полной исправности всех систем судна. Но даже если считать версию с поломкой верной, вопросов меньше не становиться. Поломка?! Анабиоз! Ждать!

Чего ждать? Где сигнал о помощи? Дальше, еще интереснее. Почему на корабле нет двигателей и соответствующего оборудования для скоростного перемещения? Ведь данный вид представляется весьма продвинутым во всех сферах деятельности и космической, в том числе. Из полученной на данный момент информации следует, что технологии инопланетян позволяют изготовить и установить соответствующее скоростным перемещениям оборудование, но в итоге, ничего подобного не видно на корабле. Почему?

Самое главное сейчас, что бы выжил хоть один вистилианец. В противном случае вопросы могут никогда не найти ответов.

Работа по выводу из анабиоза входила в финальную стадию. Предстояла вторая попытка. После вчерашней потери одной особи напряжение возросло, прежняя уверенность в успехе операции исчезла, словно и не было никогда. Что-то пошло не так. Увы, никто из членов медицинского отдела не успел ничего предпринять. Да и причины смерти неизвестны. Только бы этого не повторилось снова.

Большие надежды ХизЛан возлагал на успех данной процедуры. Даже представить трудно, что могли бы рассказать эти существа. Хотя совершенно неизвестно еще и то, как они себя поведут. Этот вопрос так же вызывал определенное беспокойство, но не столько у него самого, сколько у остальных членов команды.

Все встанет на свои места, если не повториться вчерашнее недоразумение. К чему гадать? Ученый не мог представить даже свое собственное поведение, окажись он в подобной ситуации, на месте одного из вистилианцев.

-Профессор, вы никогда не задумывались над Законами Хранителей? – Вопрос РохТу прервал размышления ученого. – Ведь мы с вами сейчас их нарушаем, не задумываясь о последствиях. Я очень хочу услышать ваше мнение.

-Мнение о Законах, или их нарушении? – Эта тема не могла остаться незатронутой в нынешней ситуации. ХизЛан прекрасно понимал это, и по правде говоря, был немного удивлен, что командир только сейчас поднял данный вопрос. Ведь он должен был быть поставлен на повестку дня еще до того, как начались попытки вернуть вистилианцев к жизни. Или это проверка на лояльность? Или ХизЛан ничего не понимает!

-Давайте начнем с Законов, – предложил полковник. – Почему ворхам запрещается вступать в непосредственный Контакт с иными цивилизациями? Не потому ли что мы могли бы приобрести полезные для нашего народа связи? Создать союзы? Получить новые технологии? Избавиться, наконец, от зависимости и ограничений, установленных Хранителями?

Даже услышать такое – преступление, не говоря о том, что бы самому поддержать такую тему. ХизЛан был в замешательстве. Да, видимо РохТу его проверяет, но с какой целью? Как быть? Будут ли иметь хоть какое-нибудь значение его слова после возвращения на Тах? Размышляя над этим, ученый к немалому собственному удивлению отметил, что последствия его совершенно не интересуют. Все по-настоящему важные события происходит сейчас на “ТокРаГин”, а что будет потом - не столь важно.

-Вероятно, вы правы во всех своих предположениях, полковник. Наша цивилизация за свою историю была “участником” Шести Контактов, но за исключением Хранителей и ганов, ни разу нам не довелось вступить в диалог, ни с одним представителем другого вида. И если Хранители нас попросту поработили, то с ганами вообще все получилось крайне печально. Почему так? – ХизЛан говорил медленно, наблюдая за реакцией командира корабля, всматриваясь в его мимику, не теряя надежды увидеть в полковнике своего единомышленника, а не проверяющего его командира. – Нас просто считают недостойными, низшими созданиями. Закон запрещает нам колонизацию, собственную армию, размножение, наконец. – Небольшая пауза. – То, что мы нарушаем сейчас эти ужасные Законы необходимо для всех ворхов. Мы должны научиться защитить себя, полковник, любой ценой.

РохТу внимательно слушал, однако понять какие выводы он делает для себя, к сожалению, не представлялось возможным. Все что сказал ХизЛан, каждое слово, было преступлением. При этом полковник не мог не знать, что подобные мысли приобретают все большую популярность в среде ворхов. О недовольстве по отношению к Хранителям, которое стремительно набирало обороты на родной планете, никто не афишировал, но и скрыть его было невозможно.

Все началось, без малого, пятьсот лет назад. С Шестого Контакта. С того, что ганы сами прилетели в систему ворхов в составе восьми кораблей. Тах, естественно, направил к ним своих представителей. Никто не знает, что произошло во время переговоров, что пошло не так, кто допустил роковую ошибку и каким образом. Просто началось безумие. Корабли ганов начали стремительное сближение с планетой, затем приступили к ее обстрелу. Тах полыхал несколько суток, не в силах ничего противопоставить ганам. С лица планеты были стерты почти все крупные города, а из десяти миллиардов ворхов осталось в живых едва четыре. Защитить Тах было попросту нечем! Закон Хранителей запрещал создание собственной армии, он исключал оборонительное оружие, причем даже на исследовательских кораблях не было вооружения.

-Где были Хранители со своей Армией, что они делали, когда нас уничтожали? – ХизЛан не сразу сообразил, что произнес это вслух.

- Они наблюдали, профессор. – РохТу, по-прежнему продолжал вещать тихим и спокойным голосом, его слова звучали так, если бы эта тема ничуть не волновала никого вообще, и уж тем более, его самого в частности. – Наказывали нас за нарушение Закона. Хранители могли уничтожить ганов, не дав им даже приблизиться к Тах. Они преподали нам урок.

ХизЛан не понимал этого ворха, как ни старался, и чем больше они общались, тем сильнее. Теперь, обсуждаемая тема не имела никакого намека на проверку.

“Или полковник передумал, опасаясь еще одного такого наказания, которое может настигнуть ни в чем не повинных соотечественников”, - невероятная догадка посетила голову профессора, и он не на шутку взволновался, опасаясь того, что его предположение может воплотиться в жизнь…

-Вы хотите запретить пробуждение вистилианцев? – Уже вслух проговорил он, впиваясь взглядом в своего начальника с немой мольбой: “не делайте этого, прошу вас”.

Только это сейчас имело значение для ученого. Остальное было не важно. Ни Хранители, ни ганы, только это. Ведь он не переживет если ему запретят продолжать работу, которую он искал, к которой стремилось все его существо на протяжении всей сознательной жизни. Не наказание за нарушение Закона его пугало, будь дело только в этом, он без сомнений отдал бы свою жизнь. Даже опасность повторения истории с ганами не должна стать преградой. Нет, ему не была безразлична судьба Тах, наоборот, наука, в его лице, во имя всех ворхов нуждается в знании. Для того чтобы ужас пятисотлетней давности не повторился вновь, Республике нужна помощь. Кто знает, возможно, она совсем рядом, в капсулах вистилианского звездолета. Стоит ли ее упускать из-за страха перед Хранителями? Быть может это и не спасет Тах от оккупации, но как узнать, если не попробовать? Именно поэтому ужаснее всего сейчас было бы услышать от РохТу запрет на продолжение начатого. Запрет на свободное будущее для потомков Республики.

-Нет, что вы, профессор, – развеял опасения полковник, судя по всему, прекрасно понимая причину резко возникшего волнения со стороны ХизЛан. - Мне всего лишь хотелось узнать ваше мнение. Извините, ели я заставил вас нервничать.

“Вот и хорошо”, - облегченно выдохнул ученый, расслабляясь: “Остальное не имеет абсолютно никакого значения”.

ГЛАВА 2

Мысли путались. Пробуждение - это всегда невыносимая боль. И не только физическая. Сознание приходит понемногу, отрывками, воспоминаниями, образами…

Когда то давно, на заре технологии анабиоза, имели место случаи, при которых выход из данного состояния сопровождался необратимыми травмами мозга, разум окончательно покидал тело, добровольцы навсегда оставались безумными созданиями, не в состоянии даже принять пищу без чьей-либо помощи.

И ведь ничего в этом нет удивительного! Та еще задача, собрать свою жизнь по кусочкам, расставить все по своим местам в придачу ко всему еще и в хронологическом порядке. Безумие давным-давно перестало сопутствовать этой процедуре, но каждый раз, снова и снова, перед погружением в холодный сон, воспоминания о былых неудачах заставляли нервничать, наверное, каждого, кто подвергался этому. Едва заметной искоркой сомнения страх напоминал о себе, он назойливо мелькал перед глазами, и заставлял вспоминать былые неудачи...

Дориану не единожды доводилось проходить через это. Вот только на сей раз, что-то было не так. Осознание этого посетило его еще до того, как он полностью пришел в сознание. Сначала все было мутно, как в тумане, но глаза постепенно привыкали к свету, и расплывчатые очертания окружающих вещей неспешно приобретали свой привычный вид.

Вот только оказалось, что не такой уж вид и привычный.

То, что он увидел перед собой, мягко говоря, производило довольно сильное впечатление. Дориана даже посетила мысль о том, что должно быть именно так сходили с ума первые вистилианцы, испытавшие процесс пробуждение на себе. Однако эту мысль пришлось тут же отбросить, так как он твердо ощущал себя полностью в своем уме. Быть может галлюцинации?

Напротив него стояло, глядя на него двумя парами глаз, какое-то существо. Или сидело? Нет, все-таки сидело, так как, увидев, что Дориан открыл глаза оно встало. Длинное овальное туловище стояло на двух коротких ногах, чуть выше которых находились еще две пары конечностей. Причем средние, похоже, выполняли роль как ног, так и рук. Так вот, это длинное туловище сужалось, снизу вверх переходя во что-то вроде шеи, на которой находилась голова создания. Она была почти круглой формы, плавно сужаясь вперед, и заканчивалось широкой пастью, над которой находились две пары круглых глаз с узкими вертикальными зрачками. Нижние глаза были значительно меньше верхних, и как раз между ними, едва выступая вперед, находилось овальной формы отверстие, вероятно, для дыхания. Облачено существо было в серое облегающее одеяние, до самой головы, такого же серого цвета, как и морда существа, разве что на полтона светлее.

Дориан смотрел на это создание и перебирал в своей голове всевозможные вопросы, которые в итоге, свелись к жалким двум: где он и почему? Память, похоже, уже окончательно восстановилась, поскольку никаких пробелов он не ощущал. Все воспоминания встали в нужном порядке, и предположение на счет галлюцинаций не имело под собой никаких оснований. Он на самом деле видел перед собой это создание!

Он Дориан Мирт, второй пилот вистилианского звездолета “Талиан”, отправленного с миссией, целью которой было отклонение астероида, представлявшего опасность для его родной планеты Аквилия. Прилетели, приземлились, отклонили, все четко сделали и всем экипажем поместили себя в анабиоз, из которого, команду должна были вывести специальная спасательная команда, в то время когда они, на том самом астероиде, вошли бы в родную звездную систему. Все предельно ясно, за исключением последнего пункта операции. Но, тем не менее, вывод был очевиден и напрашивался сам собой: получается, что не долетели! Значит, эти создания перехватили “Талиан”. Но зачем? И где, в таком случае, остальная команда?

Единственное, в чем второй пилот был уверен, так это в том, что надо соблюдать спокойствие. Так поступил бы Левис, окажись на его месте, так хотело создание напротив, и он чувствовал это. Стоп! Как чувствовал? Непонятно, но он словно успел побывать внутри этого организма и увидеть все, что хотел узнать, о чем непременно спросил бы. Или это создание таким своеобразным образом общается с ним? Ничего подобного с ним никогда ранее не случалось, да и не могло случиться в принципе, поскольку вистилианцы до этого не встречали других разумных существ.

Когда создание заговорило, точнее, зашипело, к своему огромному удивлению Дориан понял смысл сказанного. Миф о галлюцинациях развеялся окончательно, как и предположение о мысленном способе общения.

-Как вы себя чувствуете? – Спросило оно.

Он не торопился отвечать, сначала надо было осмотреться, оценить обстановку. Не стоит показывать своего удивления, попытаться скрыть недоумение и главное, быть абсолютно спокойным. Ничего сложного, на первый взгляд. Но, только на первый…

Оказалось, что находились они с существом в помещении, довольно большом, но сам Дориан при этом, застрял в невесомости, внутри какой-то сферы, насколько можно было судить, которая поддерживала его в центре себя чуть выше пола и полностью сковывала движения. Создание было одно но, несмотря на это, вистилианец ощущал на себе многочисленные заинтересованные взгляды других таких же. Одного отправили, а остальные наблюдают на расстоянии, все понятно, сделал вывод Дориан: “Не знают, что я представляю собой, что вообще я такое и вполне логично, что приняли все соответствующие меры предосторожности. Что ж,- решил он, - тогда попробуем поговорить, почему бы нет, тем более, самому ничуть не менее интересно”.

-Я так понимаю, вы нас подобрали.

На морде этого чуда невозможно было выявить никаких изменений, однако радость существа была почти осязаема.

-Да, и я очень рад, что с вами все в порядке, меня зовут профессор ХизЛан, я руководитель научной группы корабля “ТокРаГин” на котором мы, собственно, и находимся. Мы обнаружили ваш корабль на поверхности астероида и подобрали его. А вы, вероятно второй пилот Дориан Мирт?

“Даже так! Удивил, что уж тут скрывать, видимо прошло уже достаточно времени с того момента как нас подобрали, раз уж даже имена успели узнать”.

Стоило лишь подумать об этом, как ответы моментально нашлись в памяти ворха, причем с подробностями.

- Вы прекрасно информированы. Что вас интересует, профессор? Наверняка, есть вопросы, ответов на которые вы самостоятельно найти не смогли.

“В точку. Сбил беднягу с толку своим поведением и вопросом. А ведь он сильно нервничает”!

Теперь Мирт отчетливо видел это, но не глазами, скорее ассоциативно, неким совершенно новым чутьем.

“Ну, ничего не поделаешь, пусть приходит в себя, тем более, спешить некуда”, - решил Дориан не торопить собеседника.

-Вам не интересно кто мы такие и какие цели преследуем? – Он хорошо себя контролировал, вмиг успокоился, что заслуживало уважения. Но, похоже, и у него первый такой опыт общения с другим видом. Значит они почти в равных условиях, сделал вывод вистилианец, за исключением сферы, которая сковывала его движения и позволяла лишь совсем немного шевелить головой.

-Интересно, но вы все равно скажите лишь то, что сочтете нужным. Тем более, я нахожусь взаперти, что не дает мне повода сомневаться в своем статусе.

-Нет, нет, что вы. Это просто меры предосторожности, вы такой большой и никто не знал как вы… - замялся ученый. Скорее всего, искал подходящие слова.

-Как я себя поведу? – Дориан решил избавить собеседника от мучений. В конце концов, все итак было более чем понятно - видят, что пленник спокоен, но не решили еще, представляет ли угрозу.

-Да, вы все правильно поняли, – последовал выдох облегчения, значит овал между глазами все-таки нос. Второго пилота посетила вдруг уверенность, что сегодня убивать, его точно не будут. Хорошая новость, но не мешало бы ее проверить. Почувствовать – это конечно неплохо, но услышать как-то надежнее что ли…

-Я жив только потому, что вам нужны ответы?

Нелегко приходилось оппоненту вистилианца, видимо не такие вопросы он ожидал услышать, вероятнее всего хотел их сам задавать. А так получилось, что он оказался совершенно не подготовлен. Диалог шел совсем не под его диктовку и значительно отклонился от заранее намеченного сценария.

-Нет, не только по этой причине.

Не только? Значит, я попал в самую точку.

-Вы представляете огромный интерес для нашей цивилизации, ведь мы многому можем научить друг друга, помогать друг другу, совершенствоваться и достигать новых высот вместе. Мы, ворхи, мирная раса. Нами движет жажда познаний, открытий. Мы исследуем космос долгие тысячелетия в надежде на такую вот встречу, как сейчас.

Он выпалил это на одном дыхании, скороговоркой, словно опасаясь не успеть закончить свою мысль. Словно боясь, что его остановят, прервут, и что во второй раз он не сможет решиться сказать все это. Его откровенная речь впечатлила Дориана, стала приятным сюрпризом. Удивительно, но Мирт, ни капли не сомневался в искренности ворха, опять-таки, чувствовал это. Радуга эмоций исходила от ученого, сопровождая и раскрашивая его слова. Ему на самом деле нечего скрывать? Или это отчаяние? И то и другое, решил вистилианец, без сомнений.

-Я не вижу остальных членов экипажа, что с ними?

-Пока только вас удалось извлечь, с остальными пока не все ясно.

-Кто-то умер? – Он прочел в мыслях ворха о первой, неудачной попытке пробуждения, почувствовал, что кого-то не хватает. Больше всего сейчас было страшно остаться единственным выжившим. ХизЛан еще не начал говорить, а Дориан уже знал кто.

-Вит Адонис, он не смог пережить вывод из анабиоза. – Ворх оправдывался перед Дорианом. Как будто он сам был виновен в смерти Вита, словно просил прощения. - Мы не смогли ничего сделать, не знаю, что вышло не так, я не могу назвать причину, приведшую к его смерти.

Ворх поражал все больше, с каждым последующим словом. Мирт словно погружался в него. Совершенно не понятно, как так получилось, но ворх предстал открытой книгой, которую Дориан с легкостью читал, более того, даже знал наизусть. Видел его насквозь. Видел его страхи, надежды. Узнал, что их корабль везет его домой. Это было настолько быстро, ярко, интересно и впечатляюще, словно вистилианец прошел всю жизнь профессора вместе с ним, бок обок, всего за одно мгновение. С того самого момента как он вылупился и до этой самой встречи. Его рождение, обучение, экспедиции пролетели в сознании образами и обрывками, где-то яркими картинами, а иногда просто ассоциациями, неуловимым мигом, содержащим в себе все о нем и его цивилизации. За это мгновение Дориан успел увидеть и пройти целую жизнь профессора, окунуться в его природу, отчасти даже стать ворхом.

-Ни я, ни наша команда не причинит никому вреда, – Мирт чувствовал, что ХизЛан верит и говорить, от осознания этого, становилось легче. Причем, ворх жаждал это услышать всем своим естеством, и разочаровывать его, было далеко не в интересах вистилианца. – Мы просто хотим домой.

-Я понимаю вас, Дориан, мы уже в пути, – обрадовался ХизЛан, выдержав короткую паузу. – А сейчас мне необходимо вас оставить, надеюсь, совсем ненадолго. Вам необходим покой сейчас, он поможет вам полностью восстановить силы. Надеюсь, что следующая наша встреча будет более содержательной и пройдет в куда более приятной обстановке.

Что-то проверив на консоли, рядом со сферой Дориана, ворх ушел.

Второй пилот Мирт обдумывал произошедшее, анализировал полученные воспоминания ХизЛан и, признаться, выводы его совсем не утешали. Получалось, что прошло несколько миллионов лет, а их команда все это время так и оставалась на поверхности астероида. То есть они пролетели через всю свою систему, а их никто так и не подобрал. Как такое возможно, Дориан не мог ни понять, ни объяснить.

Что касалось самих ворхов, то Мирт достаточно узнал, что бы прийти к определенным выводам, за исключением неких Хранителей, воспоминания о которых, даже в мыслях ворха, были весьма запутанными и противоречивыми. Но на данный момент это не особенно его занимало, ведь сначала необходимо было узнать, что за время их отсутствия поменялось в системе Вистилии.

И они как раз направлялись именно туда.

***

После разговора с вистилианцем, ХизЛан вышел из медицинского отсека самым счастливым ворхом на свете. Теперь он был уверен, что ничего в его жизни не имело значения до этой встречи. Вся его жизнь свелась к ней. Не терпелось услышать мнения своих собратьев по поводу всего произошедшего, причем как можно скорее.

В зале совещаний, все уже находились на своих местах и дожидались только его. Профессор быстро занял свободное место. В числе собравшихся были два представителя медицинского отдела, его научная группа в составе трех ворхов, четверо военных, во главе с капитаном ТахВа, и конечно командир корабля РохТу со своим помощником. Тот самый состав, который наблюдал за разговором из невидимой комнаты с видом на силовую сферу, в которой находился вистилианец.

Прервал молчание, как и полагалось, командир “ТокРаГин”:

-Итак, безусловно, нам с вами есть что обсудить. – Было заметно, что полковник взволнован ничуть не меньше остальных. В придачу, ничем не прикрытый, до этого момента, скепсис окружающих удивительным образом исчез, испарился, словно и не было его никогда. – Думаю, сначала стоит предоставить слово нашему уважаемому профессору ХизЛан. Никто не возражает? – Конечно, никто не возражал и РохТу обратился уже к самому ученому. – Прошу вас, профессор, начинайте. Мы все хотим услышать ваше мнение.

ХизЛан был уверен, что дальнейшая судьба вистилианца и всей экспедиции, зависит сейчас от того, чем закончится это собрание. От того, какие удастся сделать выводы и какие на их основании будут приняты решения. Поэтому значение имеет каждое слово, любая незначительная, на первый взгляд, деталь. Лично для себя, он уже все решил, в тот самый момент, когда его беседа с Дорианом закончилась. Куда сложнее будет убедить остальных признать его точку зрения правильной, заставить довериться ему.

-Дорогие собратья, – профессор встал со своего места. – Прежде всего, хочу всех поздравить с Седьмым Контактом. Сегодня великий день в истории ворхов и, возможно, самый важный.

-И самый последний, – достаточно грубо прервал ученого ТахВа.

-Капитан, – немедленно вмешался РохТу, – Вам обязательно дадут слово, а пока, прошу вас проявить уважение к говорящему.

ХизЛан изначально не надеялся на то, что собрание будет проходить легко. Ничего удивительного в этом нет, ведь общество Республики Тах неоднородно, особенно когда дело доходит до внешней политики и межрасовых отношений. Безусловно, официальный Тах поддерживает Законы Хранителей и не хочет ничего слышать против них, сделав эту тему запретной и наказуемой.

Тем не менее, абсолютное большинство ворхов не устраивает нынешнее положение дел. После обстрела родной планеты, постоянно случаются стычки с правительственными силами, не обходится без довольно больших жертв с обеих сторон. Республика десятилетиями находится на грани гражданской войны и долго так продолжаться не может, рано или поздно начнется война своих, против своих. И совсем не верится в то, что катастрофу можно предотвратить каким-либо образом. В связи с этим, было бы глупо полагать, что весь экипаж “ТокРаГин” имеет одну, общую точку зрения по данному вопросу.

-Вы все имели возможность наблюдать за нашим диалогом, лично видеть, как он проходил, – продолжил ХизЛан. – Поэтому я не буду вам его пересказывать, а лишь поделюсь своим мнением. У меня нет оснований полагать, что Дориан опасен, я верю ему, верю, что он не причинит нам вреда. Это сложно объяснить, но я еще никогда не был так уверен в своих словах. Это весьма сомнительный аргумент, я понимаю, однако, что бы нам с вами было проще понять друг друга, я предлагаю в этом же составе еще раз встретиться с вистилианцем. Каждый сможет задать ему свои вопросы и убедиться если не в его дружелюбии, то, как минимум в отсутствии с его стороны враждебности. – Профессор только сейчас понял, как сильно он вымотался за последнее время. Острая боль в спине вновь напомнила о себе, когда он опускался на свое место, заканчивая речь: - Это наш шанс, поймите, мы не можем его упустить. Следующий может не наступить никогда.

-Спасибо, профессор. Ваша позиция понятна, - продолжал собрание РохТу: – Капитан, вы очень хотели высказаться, прошу вас.

-Да, хотел. – ТахВа следуя примеру ученого, говорил стоя. – Это собрание должно было состояться до того, как вы оживили чужого. Вы, полковник, подвергли смертельной опасности и нашу команду, и нашу Республику. Такое решение ни в коем случае нельзя было принимать единолично, без согласия остальных членов экипажа. – Речь капитана была уверенной, пламенной, доводы звучали вполне логично и, к немалому сожалению профессора, имели под собой основание. Таким военного, всегда молчаливого и спокойного, скорее всего, никто из присутствующих раньше не видел. – Единственный наш шанс – вызвать Армию. Быть может мы зашли еще не слишком далеко и сможем все исправить, я взываю всех вас к разуму. Пощадите нашу планету!

“Абсурд”!

ХизЛан с трудом удержал себя, чтобы не высказать свое негодование вслух: “Пока никто не верил в пробуждение, моя работа не требовала ни каких общих решений. Конечно! А что было обсуждать? Ведь все равно ничего не выйдет! Всем было безразлично, но стоило процессу оживления завершиться успехом, как немедленно нашлись те несчастные, которым не дали высказаться! А теперь у них, выходит, Тах в опасности”!

Вместе с тем, стоило отметить, что высказывание ТахВа произвело огромное впечатление на некоторых собравшихся, напряжение повисло в воздухе. Капитан указал самое слабое место для всех ворхов – Тах. Но всеобщее молчание долго не продлилось. Со своего места поднялся самый молодой участник экспедиции, помощник командира корабля, лейтенант РиСих.

-Разрешите? – Вопрос был адресован полковнику, на что тот махнул рукой в знак согласия. – Вероятно, кто-то не согласится со мной, но отрицать очевидные факты – глупо. А очевидно то, что Хранители нас поработили своей Армией, унизили своими Законами, и теперь медленно убивают нас, причем нашими же руками. Мы должны хотя бы попробовать изменить нынешнее положение вещей. Думаете, ворхи нас осудят за это? Республиканское правительство смешает нас с грязью, объявит нас врагами и клеймит позором. Вас пугает это? Если да, то напрасно! Абсолютное большинство наших собратьев, находясь сейчас на Тах, без колебаний отдали бы свои жизни за возможность оказаться на нашем с вами месте. Вы все знаете, что это так! Мы не принадлежим себе, мы - рабы Хранителей, и потому, мы просто обязаны идти до конца и попробовать сделать сейчас все, от нас с вами зависящее - попробовать изменить хоть что-нибудь.

Это был достойный ответ капитану ТахВа. Не каждый решился бы на месте РиСих совершить столь смелый поступок. По Закону, командир корабля немедленно должен был арестовать и казнить лейтенанта за такие слова. Но на этом собрании было все по-другому и со стороны полковника не последовало никакой реакции. Лишь недоумение со стороны остальных ворхов, что без труда читалось в их озадаченных взглядах…

Прекрасно понимая, что назад пути нет, что бы там не говорил начальник военной группы, далее в своих высказываниях никто не стеснялся. Все говорили, благодаря РиСих, начистоту. Единого мнения не было, что не удивительно, но для этого на любом корабле есть командир, на поддержку которого профессор возлагал огромные надежды. Полковник, до конца выслушав всех, последним взял слово.

-Я сделал кое-какие выводы, но по-прежнему не знаю, как поступить. – РохТу не встал, предпочитая говорить со своего места. – Поэтому считаю предложение ХизЛан вполне целесообразным. Таким образом, через шесть часов в этом же составе мы с вами встретимся с нашим гостем. Как его?

-Дориан, вистилианец, – пришел на помощь профессор и тут же продолжил: – Полковник, я прошу вас разрешения освободить его, разделительной стены вполне хватит для обеспечения безопасности.

-Капитан, что вы на это скажете? – РохТу переадресовал вопрос ученого недовольному ТахВа, давая понять военному что, несмотря на возникшие разногласия, он все же командир военной группы и член команды, которая все так же нуждается в его услугах.

-Пусть будет стена, – недовольно фыркнул ТахВа. – Я удвою охрану.

-Решено. – Полковник поднялся со своего места и первым покинул помещение.

Остальные расходились не спеша. Со всех сторон доносились различные мнения. Продолжая тему, участники собрания не прекращали споры, однако решение РохТу никто не ставил под сомнение. ХизЛан не собирался принимать участие в этих бессмысленных обсуждениях.

“Удивляются они, видите ли! До этого только смех свой сдерживали”!

Осталось шесть часов до следующего визита к Дориану, и профессор счел самым разумным, использовать отведенное время для отдыха.

Когда он зашел к себе в каюту, то даже не удивился, увидев в ней РохТу. Полковник ожидал ХизЛан, что бы сообщить кое-что, вероятно не предназначенное для огласки в кругу широкой аудитории. Другого объяснения этому визиту не было.

-Вы не возражаете! - РохТу не спрашивал, скорее, утверждал в свойственной ему манере властного командира корабля. Он и без того уже по-хозяйски расположился в ожидании ученого и возражать было глупо, как то по-детски, особенно после визита в апартаменты полковника.

-Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, полковник.

-Вы на самом деле верите чужаку?

-Да, верю.

-Знаете профессор, столько времени прошло. – Командир корабля выглядел уставшим. Теперь это было отчетливо видно профессору, у ворха, который сейчас разговаривал с ним, не было ничего общего с тем командиром, который всего еще несколько минут назад проводил собрание. – Думаете, мы не прилетим в никуда?

-Не знаю, что вам ответить на это.

-Собрание прошло под пафосные речи о надежде на спасение, а что если все не так, как кажется? Просто хочу, что бы вы знали - наше собрание не имело значения сегодня, профессор, впрочем, как и завтра, если возникнет необходимость в его проведении. Я уже все решил. Можете начинать оживление остальных инопланетян.

***

Слова давались РохТу тяжело, он как никто другой на корабле знал, что они обречены, никто, и ничто их не спасет от Армии.

“Капитан ТахВа прав, - раз за разом вспоминал командир, - не во всем конечно, но в самом главном. Обратного пути нет! Нет с того самого момента, как мы нашли этот корабль”.

Полковник никогда бы не нарушил Закон, но это теперь не имело значения, потому что неважно, нарушил ты его один раз или более - наказание одно. Продолжать идти вопреки Хранителям или остановиться немедленно – в итоге казнь, так почему бы не воспользоваться случаем и не пойти до конца?

***

-Вы уверены? – ХизЛан был ошарашен заявлением командира корабля: “Неужели это отчаяние или страх? Или он знает то, чего не знают другие”? – Что-то не так?

-Не важно, профессор. Вы получаете полную свободу действий, именно за этим я и приходил.

Полковник оставил ученого. Ничего непонимающий ХизЛан еще несколько минут стоял, не в силах отвести взгляд от места, где только что стоял командир.

“Что все это означает”?

Ощущение того, что все пошло совершенно не так не покидало голову ученого. Он так и не вздремнул ни минуты, ворочаясь в постели и пытаясь понять, что именно вызвало в нем чувство беспокойства…

Визит и слова РохТу?

Или его поведение? Возможно, ведь полковник всегда соблюдал дистанцию и общался с командой исключительно по необходимости. К тому же, до находки вряд ли кто-нибудь мог позволить себе столь смелые высказывания, тем более, в его присутствии.

А может быть, что все еще проще и дело в страхе? Ведь слова ТахВа могли проникнуть куда глубже в сознания ворхов, нежели казалось изначально!

***

Полковнику не спалось. Он так хотел поскорее забыться сном, ждал этого момента, а когда он настал, сон как рукой сняло. Он свернулся, поджав ноги под себя, положил голову на верхние руки.

Воспоминания накрыли РохТу, он словно вновь оказался в прошлом, заново переживал самый ужасный отрезок своей жизни, то время, которое навсегда, бесповоротно, изменило все окружающее, раскрасило все в траурный, черный цвет. Те дни и месяцы вновь и вновь проявлялись в памяти настойчиво напоминая о себе, не оставляя надежды на забвение, продолжая причинять невыносимую боль утраты.

Смерть сына.

ВанРох исполнилось двенадцать, он пошел по стопам РохТу, в десять лет, без труда поступив в военную академию. И сам полковник, и его влиятельный отец ТуРин, естественно, одобрили выбор молодого ворха. Учеба отпрыска протекала более чем успешно, неоднократно давая повод для гордости отцу и деду, поскольку сопровождалась великолепной успеваемостью и множеством положительных отзывов со стороны преподавателей.

-Папа, я сегодня единственный в группе получил отлично, - вихрем врываясь в дом, восторженно сообщал сын. Все свои успехи в учебе он всегда сопровождал шквалом положительных эмоций, и картина его возвращения домой из академии, раз за разом повторялась, вплоть до мелочей. Только дома он был таким жизнерадостным и раскрепощенным.

-ВанРох нерешителен, в большинстве случаев, он попросту стесняется выделиться перед сверстниками, - утверждал его куратор, догнав РохТу после собрания по завершении первого года обучения. – У него огромный потенциал и вы обязаны помочь своему сыну раскрыть его целиком.

Что конкретно и в какой именно момент пошло не так в судьбе ВанРох, неизвестно. Жизнь шла своим чередом, каждый занимался своим делом, ничего не предвещало беды. Сын не переставал радовать родных своими успехами в учебе, отец решал государственные вопросы, отнимающие у него все силы, сам же РохТу продолжал карьерный рост в Республиканском Министерстве Чрезвычайных Ситуаций.

До самой верхушки РМЧС полковнику оставалось всего несколько лет, и времени на сына почти не оставалось, как и отцу, целиком погруженному в решение правительственных вопросов. Быть может именно недостаток внимания, посредственное отношение к воспитанию сына и внука сыграло ключевую роль? Несомненно! И сам РохТу и отец винили во всем каждый себя. Вот только уже было поздно. Момент был упущен, более того, все случившееся стало полнейшей неожиданностью.

ВанРох, целиком и полностью предоставленный сам себе вступил на опасный путь, что называется, попал в плохую компанию. Кто мог знать, что в академии тайно существовала одна из самых больших молодежных антиправительственных организаций, в которую угораздило попасть сыну полковника. Ни он, ни отец даже не догадывались, что ВанРох принимал участие в движении такого рода. А ведь должны были знать, обязаны были направить энергию будущего офицера в нужное русло, предотвратить трагедию! РохТу обязан был!

Семь лет назад, Тах переживал одну из самых сильных, за всю свою историю планеты, вспышек насилия. Это было похоже на полномасштабную войну. Правительственные силы сдерживали натиски протестующих повсюду, это безумие продолжалось две декады и закончилось лишь после того, как демонстрантов начали без разбору расстреливать прямо на улицах. Тысячи ворхов были убиты, и еще столько же арестованы и казнены. Под арест попал и ВанРох.

Память полковника возвратила его в ночь перед казнью. К разговору с отцом.

-Сын, я ничего не смог сделать. – ТуРин был подавлен. РохТу знал, что отец сделал все возможное, все, что было в его силах и даже больше.

-Я знаю, отец. Не вини себя.

Так как в правительстве все должны быть фанатично преданны законам Республики и Законам Хранителей, после ареста ВанРох, что бы остаться на занимаемой должности ТуРин должен был отречься от внука-преступника и пройти дополнительные проверки на лояльность. Быть может так и следовало ему поступить, следуя примеру абсолютного большинства, оказавшихся в подобной ситуации сородичей, но он не смог. Вместо отречения он пошел умолять оставить в живых единственного внука, за что сам чуть не оказался под следствием. РохТу вовремя остановил отца, объяснив, что его самопожертвование не сохранит жизнь ВанРох. Как ни печально было признать это.

-Мне страшно, - дрожащим голосом говорил сын на последнем свидании. – Все это казалось мне лишь забавой, игрой. Я не знал, что все может так обернуться. Прости меня.

Он сидел напротив со скованными руками и РохТу с трудом сдерживал слезы горечи и отчаяния. ВанРох, его самое дорогое создание во вселенной, любимый сын, оступившийся юноша, лишь заигравшийся наивный ребенок, до последнего своего вдоха думающий о собственной безнаказанности и грезивший о прощении.

-Ты ни в чем не виноват, - пытался он успокоить сына, взяв за руки, скованные и такие тоненькие, совсем еще детские. – Мы с дедушкой очень любим тебя и всегда будем любить.

Его убили!

Пусть это называется казнью, но любой ребенок заслуживает предоставления еще одного шанса, ведь каждый может оступиться, а еще целиком не сформированная личность, тем более. Но второго шанса никто не дал, ни ВанРох, ни и еще сотням подобных ему невинных детских душ.

В условиях жесточайшего контроля Республики за численностью населения, в рамках Закона Хранителей, получить право на продолжение рода представлялось крайне непростой задачей. Стать отцом могли себе позволить далеко не все ворхи и добиться разрешения на доступ к женщине, РохТу смог лишь благодаря положению отца. Внук был для него всем, и отречься от ВанРох отец не смог. Не смог и полковник.

-Я желаю всем им смерти, и Хранителям, и всем тем ворхам, которые служат их проклятым Законам, – так далеко в своих высказываниях отец еще никогда не заходил, даже в кругу семьи. Его слова были пропитаны злостью, ненавистью и отчаянием.– Они чудовища, лучше бы нас сразу уничтожили, чем так издеваться. Я всю жизнь отдал служению им, их Законам, отдал всего себя без остатка и ради чего? Что я получил взамен? В Службе Безопасности меня смешали с грязью, засыпали угрозами! Я старик, мне не страшно умирать, к чему угрозы? Почему они не возьмут мою жизнь взамен жизни ВанРох? Неужели я недостаточно сделал для Республики? Оказывается не важно, что я сделал, ведь дело не в Тах! Республика? Смешно! Ненавижу их! Ненавижу их Законы!

Полковник тогда не совсем понял, что конкретно имел в виду отец. Их семья всегда ответственно относилась к Законам, никогда не выступала против них, лишь изредка позволяя себе обсуждать их в кругу семьи. Лишь немногие ворхи имеют представление, что на самом деле происходит за кулисами. Их семья относилась как раз к тем немногим, кому суждено было входить в круг относительно осведомленных.

После казни ВанРох, жизнь в семье словно остановилась. Отец РохТу сидел дома, потихоньку сходя с ума, сам же полковник покинул РМЧС под давлением, в связи с отказом отречься от сына, и приступил к попыткам перевестись в экспедиционный корпус Республики.

Он стал первым полковником, возглавившим исследовательскую миссию. До этого командирами кораблей были исключительно майоры и убедить комиссию в том, что его добровольное понижение не имеет под собой никаких антиправительственных оснований, оказалось задачей не из легких. К слову, желающих возглавлять исследовательские миссии попросту не было, посему именно дефицит командного состава сыграл на руку полковнику, и он получил назначение на “ТокРаГин”.

Их с отцом последний разговор состоялся через полгода после казни. Незадолго до первого полета.

-Зачем тебе эти экспедиции? – Отец сильно сдал после смерти внука, ничего не осталось от того прежнего властного и жизнелюбивого, неизменно позитивного ворха, каким всегда был ТуРин. – Неужели ты не знаешь, что из них можно не вернуться?

-Знаю отец, но об этом мечтал ВанРох. – РохТу всегда было больно говорить о своем сыне в прошедшем времени, не должны дети уходить раньше родителей, ни при каких обстоятельствах не должны, тем более, так рано и бесцельно. – Я хочу осуществить его мечту, нет другого смысла в моем дальнейшем существовании. Это все, что я в силах сделать для него, в память о нем. Его мечта стала моей, больше от него у меня ничего не осталось, отец.

-Ты, надеюсь, не ищешь мести? Не собираешься навредить своему будущему экипажу?

-Нет, я просто хочу улететь отсюда навсегда. Жить от экспедиции к экспедиции, пока не перестану дышать.

-Или пока не встретишь что-либо не предназначенное для глаз ворха. Ты ведь этого хочешь? Знаешь РохТу, я не понимаю тебя, но и не осуждаю. Все те ворхи, которым довелось видеть за пределами Тах жизнь, никогда не расскажут об этом.

-Тем более! Кто знает, быть может мне представиться возможность самому увидеть, что такого Хранители прячут от нас. Кто знает, быть может это стоит того.

-Это будет стоить твоей жизни!

-Моя жизнь, отец, уже ничего не стоит.

-А экипаж? Их жизни тоже ничего не значат для тебя?

-А разве от меня будут зависеть их судьбы? Если да, то я буду до конца бороться за каждого ворха!

-Ничего от тебя не будет зависеть! Ты сам прекрасно знаешь об этом!

-Никто не знает наверняка, ни ты, ни я, никто.

РохТу и ТуРин не раз поднимали между собой тему Контактов. Особенно после казни ВанРох. Удивительные выводы напрашивались, стоило лишь более детально разобраться в дебрях истории, сопоставить, на первый взгляд, совершенно случайные события с кое-какими засекреченными фактами. Выводы получались те еще. Ведь не шесть их было, Контактов, более того, никто не знает вообще, были ли они на самом деле!

Полковник лежал в своей каюте и вспоминал своих родных. После того разговора, его отец пошел спать и уже не проснулся. Искал ли полковник встречи? Контакта? Нет, даже не думал, однако все случилось совсем иначе. Волею случая, именно его “ТокРаГин” оказался в ситуации, о которых не рассказывают в новостях на Тах, не учат в академиях, а лишь строят предположения в Службе Безопасности, засекречивая каждое слово. Ему выпала возможность стать участником этих событий, и уже неважно, хотел он этого или нет. Назад пути нет!

И что? Теперь он будет искать истину! Не только для сына, но и для отца, в память о них. Остальное не имеет значения. А его команда? Что ж, сейчас ему предстоит попробовать спасти их жизни и кто знает, быть может, это возможно?

В первую же экспедицию его звездолет обнаружил смертельную для себя находку. Кто бы мог подумать, что последний разговор с отцом может воплотиться в реальность!

Закон Хранителей запрещал любые контакты с иными видами, разумными или нет, значения не имело. Если жизнь есть, то Контакта нет! Элементарно! При любой находке такого рода, экипаж корабля, не обнаруживая себя, обязан исследовать, просканировать планету, систему, в общем, место обитания жизни и возвращаться на Тах. В случае отсутствия возможности избежать Контакта, срочно вызвать Армию Хранителей. Все на первый взгляд очень просто. Ищи, но не трогай, изучай и при этом не показывайся, а если вдруг тебя увидели – жми кнопку, Армия спасет.

Вот только спасет ли?

Отец рассказывал о странных и таинственных вещах, которые постоянно происходили в экспедиционном корпусе. Разумеется, не всему услышанному можно было верить, но вместе с тем даже слухи эти были недоступны для простого обывателя. Присутствовала, конечно, и достоверная информация, своего рода официальная версия, полученная отцом в связи с его деятельностью, да и та могла показаться невероятной.

Таким образом, понять, что является истиной, а что чистой воды чепухой не представлялось возможным. Все, на чем основывались догадки и предположения отца, по его собственным словам, была всевозможная информация, полученная из совершенно разных источников, тщательно проанализировав которую ТуРин сделал собственные выводы. Основываясь на эти самые выводы, отец был способен многое прояснить, тем не менее, его версия событий, пусть логичная и вполне правдоподобная, была всего лишь его личным мнением, подтвердить которое никто не мог, а опровергнуть был в силах каждый желающий.

Но имели место и вполне достоверные факты, которые и без складывания воедино являлись ужасными по своей сути и необъяснимыми, по крайней мере, на первый взгляд.

-Знаешь сын, ведь сами ворхи, кроме Хранителей и ганов никого не видели. Почему? – рассказывал как то отец. – Мы все знаем, что Первый Контакт произошел с Хранителями 2756 лет назад, когда они сами прибыли к нам, и Шестой Контакт с ганами 490 лет назад, которые так же сами нас нашли. А что нам известно об остальных? Лишь то сын, что сами Хранители рассказали, и то, что обнаружили их наши экспедиции. Вот только ни одного ворха не вернулось из так называемых успешных рейдов. Об этом почти никому неизвестно, но когда экспедиционные корабли возвращались на Тах, то на них были исключительно Хранители, непонятно откуда взявшиеся. Они сообщали, что был такой-то Контакт, что нашли такой-то вид и все. В придачу, предоставляли данные о Контакте. А где делась команда корабля, не ворхов это дело. Естественно, находился подставной экипаж, который занимал место пропавшего. Именно он и объявлял об очередном успехе экспедиционного корпуса, представлял полученные от Хранителей данные о Контакте. Все! А были они или нет, неизвестно, даже не у кого спросить. Но и это еще не все! Ведь звездолетов, которые прилетали обратно без экипажей не четыре, а полтора десятка. И нет ответа на вопрос, что они там такого нашли, что пропали. Даже в Службе Безопасности, насколько я знаю, никто понятия не имеет что происходит с нашими кораблями за пределами системы Тах. Вывод напрашивается сам собой – кругом жизнь бьет ключом, лишь наша Республика находиться в полной изоляции!

-Если речь идет об изоляции ворхов, то для чего в таком случае Хранители разрешают нам организовывать экспедиционные миссии?

-Да кто их знает!

В такие моменты отец обычно говорил очень тихо, будто опасаясь, что его слова могут быть услышаны.

-РохТу, я уверен, - отец всегда выглядел задумчивым, рассуждая на эту тему, – что если докопаться до истины, то и вся Республика, подобно пропавшим экипажам кораблей, перестанет существовать. То, что от нас скрывают Хранители, слишком опасно для ворхов, смертельно опасно.

Все подобные этому разговоры отец заканчивал всегда одной и той же фразой:

-РохТу пойми же, наконец, любой Контакт несет за собой смерть.

Полковник все-таки уснул. Сквозь наступающий сон, он увидел перед собой улыбающееся лицо сына, который повис на шее своего счастливого дедушки.

Ему так захотелось остаться в этой картине навсегда…

***

Дориан впервые, после пробуждения, чувствовал себя замечательно. Головокружение, сонливость, все как рукой сняло. После визита ворха, он почти сразу уснул, а когда вновь открыл глаза, оказался совсем в другой обстановке. Вместо сферы, которая держала его в неволе, он лежал на кровати. Пусть не совсем обычной, но все же.

Он встал, прошелся, затем сел на край своего ложа. Довольно просторное помещение, полумрак. Интерьер то ли камеры, то ли палаты состоял всего из двух деталей: той самой кровати и его самого. Возле входа, вдвое меньше роста вистилианца, стояла емкость с, вероятно, его завтраком. Он подошел, посмотрел, так и есть. Очень трогательно, особенно если учесть что он оставался без одежды и хотел справить свои естественные потребности.

Только он начал перебирать в голове всевозможные варианты на тему: как сходить по нужде, как одна из стен вдруг стала прозрачной. Неожиданный поворот, хотя чего еще стоило ожидать? За прозрачной перегородкой находилась целая делегация ворхов.

Молчание затягивалось, никто из наблюдателей не начинал диалог, изучали, присматривались.

-Приветствую вас, - все-таки не выдержал вистилианец, поскольку терпеть больше, сил не оставалось. – У меня назрел очень важный вопрос ко всей вашей великой цивилизации. Вы справляете естественные потребности, или даже не догадываетесь что это такое?

Никакой реакции не последовало, и Дориан продолжил:

- В общих чертах, я могу вас ввести в курс дела…

-Нет, не стоит, одну минуту, – не дал закончить один из ворхов, вскакивая с места.

Тут же прозрачная стена опять стала не прозрачной стеной и через несколько минут ожидания, не самых приятных для Дориана, в маленькую дверь вбежал ХизЛан и поставил еще одну емкость, тотчас убегая восвояси.

“Или не ХизЛан это был? Пойми их, этих ворхов, - подумал Мирт, - все на одно лицо, если можно так сказать”.

Он облегчился, сел на край кровати и стал ждать, вопросительно глядя на стену. Ничего не происходило.

-ХизЛан, профессор, – негромко обратился он, ничуть не сомневаясь, что будет услышан. – Одежду принесите, если вас не затруднит?

Что там происходило, за стеной, оставалось загадкой. Дориан мерил комнату шагами, наверное, минут двадцать, пока дверь опять не открылась. Все произошло также быстро, как и в первый раз, вот только сейчас принесли одежду. К сожалению, форма оказалась не его, но какое это имело значение? Мирт не спеша оделся.

“Вот теперь можно и поболтать,- довольно хмыкнул он, и стена вновь “открылась”, словно по его велению, - подглядывали, значит! Кто бы сомневался! Ну, ничего, переживу как-нибудь”.

-Прошу прощения, за доставленные неудобства Дориан, – заговорил ХизЛан, причем вистилианец отметил, что не такие уж ворхи на самом деле одинаковые.

Их кожа была разных оттенков, у одних, были разного цвета и формы пятна на лбу, у других, полоски под глазами составляли различные узоры, так же отличающиеся по цвету. ХизЛан, например, был самым неприметным, его от других отличало едва заметное, совсем небольшое пятнышко коричневого цвета между верхними глазами.

-Я командир корабля, полковник РохТу, – представился самый полосатый. – Мы собрались здесь, что бы, так сказать, лучше узнать друг друга. У нас накопилось масса вопросов, и мы будем весьма признательны, если вы ответите на них.

-Я не против. – Дориан просматривал каждого ворха изнутри, точно так же как профессора ХизЛан после пробуждения.

Наибольший интерес представлял, как раз, полосатый полковник, его поистине сильный и закаленный характер. Всего мгновение прошло, а Дориан уже знал всех по именам, знал их жизнь, привычки, недостатки и страхи. Жизнь этих ворхов была заново пройдена им. Накопилась уйма вопросов, но спешить было нельзя, вистилианец прекрасно понимал это, потому как, ни в коем, случае не стоило показывать свою чрезмерную осведомленность.

“Всему свое время, - решил он, - все в свою очередь”.

-Но, для начала, позвольте уточнить мой статус, - уже вслух произнес вистилианец.

-Вы гость, не пленник, – немедленно прояснил ситуацию полковник. – До выяснения всех обстоятельств мы соблюдаем элементарные меры предосторожности. Прошу нас понять.

-Я вас понял, командир, - согласился Дориан, коротко отметив про себя, что он, вопреки утверждению РохТу, видимо, еще не совсем гость.

-Расскажите нам о себе. – Заговорил немолодой уже ворх, руководивший медицинским отделом, по имени ЗуМат.

-Я и мои спутники родом с планеты Аквилия, Вистилианской Империи.

“Пусть знают, - решил Дориан Мирт, - все равно прошло уже слишком много времени, и я сам не больше ворхов могу рассказать о нынешнем положении дел на вистилианских планетах”.

-Наша система находится вокруг звезды Вистилия, именем которой наш народ называет свою Империю и себя. Аквилия третья занятая вистилианцами планета в нашей системе, население которой составляло лишь полторы тысячи колонистов. Что еще вам рассказать, я не знаю, потому что даже не догадываюсь, сколько прошло времени с момента начала нашей миссии. – Дориан, естественно, догадывался.

-Прошло не многим менее сорока миллионов лет, естественно по вашему времени. – Взял слово ХизЛан.

-В таком случае я знаю практически тоже, что и вы. – После короткой паузы сказал Мирт.

“Да, ворхи осознают, что никакой актуальной информации узнать не удастся. Им необходимо понять с кем они имеют дело, понять кто такие вистилианцы, что мы из себя представляем”.

-Мы направляемся к вашей системе, вистилианец, – тоном покровителя объявил полосатый РохТу. – Любая, даже на первый взгляд незначительная информация, имеет значение для нас. В частности ваши космические технологии, менталитет, отношение к возможным встречам с представителями других цивилизаций.

“Проще говоря, тебя интересует все, что связано с нами,- добавил про себя Дориан, - ничего неожиданного”.

Вместе с тем ситуация требовала от него пояснений и затягивать не стоило.

-Жизнь нашей цивилизации зародилась на пятой от звезды Вистилия планете Ветта, жители которой, наши предки, со временем выйдя в космос, заселили сначала соседнюю планету Далия, а затем приступили к колонизации Аквилии. Таким образом, космические технологии, на момент вылета нашей экспедиции, позволяли нам успешно перемещаться внутри родной системы, от одной планеты к другой, заселяя и исследуя их. К слову наш экипаж первый, которому довелось преодолеть границы системы. Астероид, на котором вы нашли наш корабль, представлял, в недалеком будущем, серьезную угрозу Аквилии, для устранения которой мы отправились к нему навстречу.

Ворхи внимательно слушали Дориана, даже, несмотря на тот факт, что практически все сказанное было им заранее известно. Его не перебивали, запоминая каждое произнесенное слово и пытаясь извлечь что-либо новое, не упустить ничего важного.

-Наша миссия заключалась в отклонении астероида с его пути, – продолжал вистилианец. – Технические подробности не представляют особого интереса, скажу лишь, что с задачей экипаж успешно справился. Далее, следуя плану, мы поместили себя в анабиоз. Вот только подобрали нас, к сожалению, не там и не вовремя. И теперь я перед вами.

Разочарование. Причем такое сильное, что, казалось, до него можно было дотронуться, так, просто вытянуть руку и провести ладонью, погладить. Забавно.

- Скоростное перемещение, что вам о нем известно? – ХизЛан решил внести в довольно поверхностный вопрос полковника о технологическом развитии больше конкретики. Дориан и не думал, что этот вопрос будет ворхами пропущен.

-Ничего, абсолютно. – Вот такой ответ! Вистилианец с любопытством ждал реакции.

-Понимаете, Дориан, ваши технологии позволяют скоростное перемещение, почему же на вашем корабле нет оборудования для этого? – ХизЛан не заставил долго ждать повторной попытки.

-Потому что испытания этих технологий только начинались, а времени ждать их окончания, успешного или нет, у жителей Империи не было. Нашему народу необходимо было дополнительное жизненное пространство, а в случае, если бы астероид столкнулся с Аквилией, пришлось бы пережидать последствия удара. Перенаселение Ветты и Далии не позволяло нам этого. В итоге решили действовать проверенным методом. – Мирт подумал, что не знает даже, чем эти самые испытания закончились. Сорок миллионов лет! Пропасть!

-Что собой представляла ваша армия? – Вопрос исходил от командира военной группы корабля ворхов, капитана ТахВа. Дориан отметил, что этот ворх отнюдь не был положительно настроен ни к нему в частности, ни ко всему происходящему, в общем. Ну что уж тут поделаешь.

-Как таковой армии у нас нет, раньше не было. – Не мог Мирт никак привыкнуть говорить о своем народе в прошедшем времени. Не верилось. – Внутри системы порядок поддерживали специальные группы, если можно так выразиться. Нам не с кем было воевать.

-Как думаете, каким может быть поведение остальных членов вашего экипажа, после пробуждения? – РохТу, похоже, решил закончить беседу этим вопросом.

“Спрашивает,- подумал вистилианец, едва сдерживая улыбку, - а сам еще вчера разрешил начать вывод из анабиоза остальных. И это смелое решение было принято без участия других ворхов”.

Дориан почувствовал волнение собравшихся, степень их удивления. Особенно капитана ТахВа, который был, мягко говоря, возмущен не столько вопросом своего командира, а скорее самой возможностью осуществления сказанного.

Зато другой член экипажа был напротив, воодушевлен подобной перспективой. Им оказался помощник РохТу, лейтенант РиСих, от которого исходили только положительные эмоции, вперемешку с юношеской бесшабашностью и почти детской наивностью. Молодой ворх, естественно, не мог скрыть от Дориана, как впрочем, и от остальных ворхов, свои благородные и полные решимости порывы.

Всматриваясь в сущность РиСих, Дориан получил ту самую веру и надежду, которая вырывалась из лейтенанта наружу целыми потоками, фонтанами:

“Надо верить несмотря ни на что, - кричало его сознание, эхом отдаваясь в голове Дориана, - и совершенно неважно, сколько прошло времени, это не имеет значения”.

“Ты прав”, - хотелось ответить ему. Пусть цели вистилианцев и ворхов совершенно разные, но сейчас это второстепенно и далеко не каждому суждено принять это как данность.

-Если вы позволите сначала мне ввести их в курс дела, то будет намного проще, - ответил, наконец, пилот, будучи уверенным в том, что из его уст Левис и Мила легче воспримут свое незавидное положение.

-Мы обдумаем такой вариант, Дориан, – заявил РохТу и его слова на всех ворхов произвели различное впечатление: усилили опасение у одних, вызвали удивление у других, подарили надежду третьим.

Единственное, неизменное, что между собой связывало мысли всех их без исключения – Хранители. Дориан не сомневался, что ворхи на самом деле ничего не знают об этих загадочных и жестоких созданиях. Только РохТу. Но, несмотря ни на что, полковник твердо знал, что будет делать дальше, был абсолютно уверен в своих действиях. Он преодолел страх и нынешняя его решительность, пусть и окутанная сомнениями, по-настоящему вызывала уважение.

А Хранители? Кем бы они ни были, Левис Кринум все равно разберется с этим вопросом, Дориан не испытывал в этом ни тени сомнения. Почему? Да потому лишь, что это Левис Кринум…

Наверх...

ПРОГОЛОСОВАЛО:
МЕНЕЕ 10
ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ:

На портале принята 12-балльная шкала рейтингов, которая помогает максимально точно отразитьвпечатление от прочитанной книги.Выставляя рейтинг, руководствуйтесь следующим соответ- ствием между качественной оценкой ичислом.

Понравилось? Поделись ссылкой!
/upload/image/_801207.JPG
Дети Вистилии - Литературный портал Написано пером.
Вы должны войти на сайт, чтобы иметь возможность комментировать и оценивать материалы.
09.09.2015 23:43 falei
VKalugin, спасибо.
06.09.2015 01:25 VKalugin
Стиль хороший. Грамотно. Произведение впечатлило. Заинтриговало. С удовольствием прочту целиком. Определенно рекомендую. Автору удачи.
05.09.2015 23:06 falei
PROZELIT, спасибо.
04.09.2015 13:12 PROZELIT
В целом очень хорошо. Прочитал конечно поверхностно, но это в большей степени связано с плохим самочувствием. Вам удалась интрига, думаю со временем раскошелюсь и прочту произведение полностью. Автору творческих успехов, не останавливайтесь на достигнутом. Конечно же, рекомендую.
04.09.2015 09:38 serg55542
С точки зрения иных рас, конечно, нельзя описать проще, но мы должны учитывать, прежде всего, пожелания читателя. Читатель же, в большинстве своём, не любит сложностей в написании. Вам, как это ни странно, по-моему, нужно опуститься немножко к уровню чтива. Чисто технический момент. Одно и то же действие можно описать по разному. Можно взять любую из массово идаваемых книжонок и присмотреться. Потом подумать, а как бы тот автор описывал события моей книги. Конечно же, тут тоже нужна определённая мера, дело творческое. Удачи.
03.09.2015 20:57 falei
Спасибо. Я учту ваше мнение. Вероятно, вы правы, и это стоит сделать, но по-моему повествование с точки зрения иных рас по определению нельзя описать проще.
02.09.2015 21:14 serg55542
Трудновато читается, и потому, прочитал поверхностно. Написано грамотно, тема интересная, но изложение сложноватое, неплохо было бы упростить.
Страницы:
1

Читать отрывок...

Читать комментарии...

Читать рецензии...

Наверх...